Блицкриг: как это делается? Секрет «молниеносной войны»

Мухин Юрий Игнатьевич

Глава 3.

ЭКОНОМИЧЕСКАЯ СИЛА

 

 

О руководстве экономикой

Экономическая сила — она и в Африке сила. Но в экономических силах государства невозможно найти ничего, что было бы присуще молниеносности войны. Поэтому, я полагаю, в порядке, так сказать, общего развития рассмотреть вопрос руководства этими экономическими силами. Сегодня в России в кругу интеллектуалов этот вопрос звучит дико — как это руководить народным хозяйством? Ведь каждый настоящий интеллигент знает, что руководит экономикой только рынок!

К сожалению для двух десятков миллионов советских людей, погибших в Великую Отечественную войну, Гитлер этого не знал, и, к счастью для победивших советских людей, Сталин тоже этого не знал. Не были они такими мудрыми экономистами, как нынешние президенты, уверенные, что от них требуется только щук ловить да за амфорами нырять, а цены на нефть как-нибудь сами обогатят население, на шее которого эти президенты сидят. Сталин и Гитлер были людьми «экономически малограмотными», наивно считавшими, что раз благосостояние народа и сила государства зависят от развития экономики, то, следовательно, они обязаны руководить экономикой. И они руководили.

А вот теперь поговорим об интеллектуальной составляющей любой работы по исполнению дела. С этой точки зрения работа нашего мозга идет в три следующих одна за другой стадии: оценка обстановки, принятие решения и действие. Не уверен, но, возможно, болтовня ради болтовни идет как-то по-другому, но мыслительная работа человека при любой его осмысленной деятельности протекает именно так. Индивидуальная работа человека после первых двух стадий заканчивается каким-либо его индивидуальным действием: он либо делает руками то, что решил, или идет, куда решил, или говорит то, что решил сказать, или пишет то, что придумал на основе своего анализа. А вот у руководителя (командира) оценка обстановки и принятие решения заканчивается его приказом или иным распорядительным действием. Итак.

Оценка обстановки. Анализ поставленного или вставшего перед руководителем дела — его сложности и особенностей, анализ сил, вверенных руководителю подчиненных, подсчет наличных средств и резервов.

Принятие решения. Разделение дела на дела своих подчиненных и поиск ресурсов для обеспечения выполнения подчиненными указанных им дел.

Действие. Оформление своего решения в приказную форму и доведение приказа до подчиненных.

Конечно, если бы все было так просто, то на работу надо бы было ходить один раз в год.

На самом деле обстоятельства меняются непрерывно: непрерывно меняются собственные силы — они то слабеют, то усиливаются; по каким-то делам у подчиненных то возникают провалы, то появляются резервы; ресурсов где-то не хватает, а где-то появляется их избыток; собственные задачи то оказывается сложнее, чем ранее виделись, то по ним находятся эффективные решения и т.д. и т.п. Поэтому и начальник работает непрерывно, и чем тяжелее дела, тем больше приходится работать — все глубже оценивать по встающим задачам обстановку, все чаше принимать корректирующие решения. Чем лучше начальник понимает стоящие перед ним задачи, тем точнее он оценивает обстановку, тем точнее его первоначальные и последующие решения, тем, строго говоря, меньше их надо и тем они эффективнее. И соответственно, тем полезнее такой начальник для организации, тем эффективнее такой руководитель для государства.

Как называется работа по оценке обстановки и принятию решения? Молодые уже могут этого и не знать, но люди в годах еще помнят — в Советском Союзе это называлось простым словом «планирование». Работа начальника заключается в разделении труда между подчиненными, а это и есть планирование: если начальник планированием занимается, значит, он начальник, если не занимается, значит, в лучшем случае, паразит, а в худшем — вредитель.

Вот, к примеру, один из директоров завода, на котором мне пришлось работать, руководитель «от бога», мог простить очень многое, но не прощал опозданий на плановые встречи. И дело было не в какой-то его придури, а в точном взгляде на то, кто такой руководитель. Как-то раз он вполне резонно объяснил, что вся работа руководителя — это планирование, и если руководитель не способен на элементарное — на то, чтобы спланировать свое рабочее время так, чтобы не опаздывать на плановые встречи, — то тогда какой он, к черту, руководитель?!

Так что пора поговорить о планировании.

 

Планирование

В СССР мы имели мощную экономику — именно такую, которая могла справиться с задачей экономики государства — обеспечением всего народа максимумом товаров и услуг. Даже парализованная в те годы бюрократизмом, экономика была настолько сильна, что с ней не могла сравниться ни одна экономика даже самых развитых стран.

Рассмотрим, в чем была ее сила, а для этого смоделируем нашу страну, мысленно уменьшая ее размеры до тех пор, пока она не достигнет величины крестьянского хозяйства. В этой модели главой страны, ее правительством, окажется хозяин этого двора — сам крестьянин.

Представим себе конец зимы, долгий вечер, он сидит и думает: «Детей у меня пока четверо, жена да я сам — шестой. Чтобы не голодать, надо в год 20 пудов хлеба на рот, итого 120 пудов. Да на одежду, инвентарь, то-другое потребуется рублей 60. Если Бог даст, то цена на хлеб не упадет ниже 1,5 рубля за пуд, а значит, чтобы выручить 60 рублей, надо еще 40 пудов, да на еду 120, итого 160 пудов. Если Бог дождичка пошлет (а судя по зиме, то может и послать, наверное, пошлет), то урожай надо ожидать, пожалуй, сам-десять, то есть по 60 пудов с десятины. На семена 6 пудов, тогда на еду и товарного зерна с десятины останется 54 пуда, а мне надо 160. Это значит, что три десятины под хлебом надо иметь. Да, пожалуй, хоть половину десятины, а овсом надо засеять. Будет овес, следующей зимой схожу с лошадью в извоз, все лишняя копейка… Зима снежная, пожалуй, луга хорошо зальет, сена пудов 300 возьму, да солома будет, телку, видимо, резать не придется, пусть на следующий год простоит, корова старая, менять надо… Три с половиной десятины я и сам вспашу и засею за две недели, старшому 12, пособит. Так что людей в помощь нанимать не придется…». И так далее, и тому подобное.

Как назвать то, чем занимается этот крестьянин? Что он делает? Думает? Мечтает? Фантазирует? Нет. Он планирует! Правда, в русском языке использовалось слово «задум». И никакое хозяйство невозможно без планирования, если во главе его не стоит идиот. И сила экономики СССР была в системе планирования своего народного хозяйства, своей экономики.

Тогда в чем же был смысл тех «рыночных отношений», которые были внедрены Западом и их пособниками в уничтоженном СССР? В учреждении безмозглости в СНГ — в ликвидации планирования! В тупой, административной, насильственной ликвидации системы планирования в стране — в тупой, административной, насильственной ликвидации осмысленности народного хозяйства! Если перенести цели победившего Запада и его нынешних холуев на нашу модель с крестьянином, то они хотели иметь такой вид народного хозяйства СССР.

Жена крестьянина сварила себе порцию щей и сидит ожидает «спроса на рынке». Прибегает один ребенок: «Мама, кушать хочу». «Ага, — размышляет жена крестьянина, — появился спрос на рынке. Надо еще порцию варить». А потом следующий ребенок бежит, потом еще один. Жена каждый раз радуется: спрос на «свободном рынке растет»! Естественен вопрос: что, у этой хозяйки «крыша поехала»? Почему она не пересчитает свою семью и сразу не сварит шесть порций? Кому в данном случае нужны этот «спрос на рынке» и эти «свободные рыночные отношения»? Ведь никакое хозяйство — малое или большое, никакая экономика не может развиваться без планирования.

Думаю, мало кто слышал в нынешней России имя Ли Якокки: у нас сейчас совсем другие герои. А между тем в 1986 году этот человек, по опросам общественного мнения, занимал в США второе место по популярности после президента Рональда Рейгана и был его яростным критиком, что никак не помешало Якокке и в 1987 году опять войти вместе с Папой Римским в десятку самых почитаемых в Америке людей. Ли Якокка — был реальным командиром реальной экономики, как сейчас говорят, «кризисным» руководителем промышленных предприятий. Сначала он возглавлял «Форд Мотор Компани», а затем поставил на ноги обанкротившуюся корпорацию «Крайслер». Его репутация руководителя и экономиста столь велика, что существовало мощное движение по выдвижению Якокки на пост президента США. Это человек, который не учил других, как управлять экономикой, а сам успешно управлял промышленными империями, от благосостояния которых зависела жизнь нескольких миллионов граждан США.

Сам себя он считал и считает убежденным капиталистом и принципиальным поборником свободного предпринимательства. «И я вовсе не хочу, чтобы правительство вмешивалось в деятельность моей компании, а если на то пошло, и всякой другой компании, — писал он. Но тут же добавлял: «Почти все восхищаются японцами, их ясным видением будущего, налаженным у них сотрудничеством между правительством, банками и профсоюзами, их способностью использовать свои преимущества для неуклонного движения вперед. Но как только кто-нибудь предлагает следовать их примеру, в воображении возникает образ Советского Союза с его пятилетними планами.

Между тем государственное планирование отнюдь не должно означать социализм. Оно означает лишь наличие продуманной стратегии, сформулированных целей. Оно означает согласование всех аспектов экономической политики вместо разрозненного их выдвижения по частям, вместо негласной разработки их людьми, преследующими лишь свои узкогрупповые интересы.

Можно ли считать планирование антиамериканским понятием? Мы у себя в корпорации «Крайслер» ведем большую плановую работу. И так же действует любая другая преуспевающая корпорация. Футбольные команды планируют. Университеты планируют. Банки планируют. Правительства во всем мире планируют. Исключение составляет лишь правительство США.

У нас не будет прогресса, если мы не откажемся от нелепой идеи, будто всякое планирование в масштабе страны представляет собой наступление на капиталистическую систему. Эта идея внушает нам такой страх, что мы остаемся единственной развитой страной в мире, не имеющей своей промышленной политики».

Наиболее известным лауреатом Нобелевской премии по экономике является В.В. Леонтьев — американский экономист русского происхождения. Эту премию он получил за разработку способов планирования капиталистической экономики.

В начале перестройки он приезжал в СССР, просил, убеждал, уговаривал: «Не трогайте Госплан и Госснаб, не разрушайте то, что кормит и содержит страну!» Но кто мог его слушать? Секретари обкомов, уже обзаведшиеся счетами в западных банках и «хатынками в Канаде»? Разве он был нужен дорвавшемуся до власти тупому и продажному бюрократическому аппарату СССР? Все разгромили, все уничтожили — могучую страну, мощную экономику. Теперь слушаем и читаем в очередной раз о том, что «темпы падения производства стабилизировались», то есть падаем в яму с той же скоростью. Уже радость! Поскольку можем и быстрее. И даже если где-то что-то вдруг обнаруживает тенденцию к росту, то при чем тут правительство, если оно народным хозяйством принципиально не управляет?

Ни одно предприятие никогда не действует без плана, и это везде, — в любой стране, на любой фирме. У американцев даже поговорка есть: «If you fail to plan you plan to fail» — «Если у вас провал с планированием, то вы планируете провал».

Нужно различать такие понятия, как «планирование» и «форма собственности» предприятий.

Система планирования в государстве никак не связана с формой собственности. Если капиталист согласен стать в плановую схему, то этому ничего не препятствует и, кстати, официально частные и самостоятельные предприятия очень часто включены в плановые схемы промышленных концернов и работают на план этих концернов.

Так вот, не только СССР имел плановую экономику, управлявшуюся правительством и его директивным органом Госпланом, но и экономика нацистской Германии была плановой, и под руководством второго человека в партии и Германии Германа Геринга она каждые плановые 4 года увеличивала годовой валовый национальный продукт вдвое. А с началом захвата и подчинения себе европейских государств Геринг объединил единым планом почти все их предприятия, и на воюющую Германию работала вся покоренная ею Европа.

 

Эффективность плановой экономики

Ведь это не так давно было — советские гастрономы, забитые товарами, и списки обязательного ассортимента на их стенах, и продавцы, как каторжные, бросающие очереди покупателей тонны отечественных продуктов: круп, колбас, консервов и много того, от чего ломились полки магазинов. Промтоварные магазины были забиты советскими холодильниками, телевизорами, радиоприемниками, часами, костюмами, рубашками, тканями, и все это по вполне доступным почти для каждого ценам. И главное здесь не то, что цены были невысокими, это вторично, главное, что экономика производила почти все виды товаров, рассчитанных (спланированных) на покупку абсолютно всеми гражданами СССР, а не в расчете только на людей с деньгами, как на Западе и в СНГ сегодня.

Я люблю цифры из-за их жесткости и конкретности, и пусть простят меня читатели, которым они не по душе. СССР обладал 30% мировых запасов угля, 40% нефти, 45% газа, 50% сланцев, 44% мировых запасов железных руд, 30% хромовых руд, 74% марганцевых руд, 40% редкоземельных и т.д. и т.п. В стране было сосредоточено 28% мировой добычи алмазов и 30% — драгоценных камней… Да, было что грабить!

СССР производил 17,9% мировой машиностроительной продукции, из них 22% мирового производства металлорежущих станков, 46% комбайнов, 11,3% оборудования для пищевой промышленности, 63,2% энергетического оборудования, 27% самолетов, до 50% военной техники, 21% грузовых автомобилей и только 4,8% легковых.

Советский Союз являлся одним из крупнейших мировых поставщиков машиностроительной продукции. И хотя он производил лишь 17,9% машиностроительной продукции, а капстраны — 73,1% (без КНР), о чрезвычайно высоком качестве советского оборудования свидетельствует то, что на нем работало 35% базовых отраслей промышленности КНДР, 36% — Индии, 45% — Ирана, 65% — Пакистана, 20% — Турции, 50% — Алжира, 25% — Египта, 50% — Ливии. А это отнюдь не отсталые страны… СССР производил в 1990—1991 гг. (в год) 13,2 млрд. квадратных метров ткани, или 37,8 кв. м. на человека (для сравнения: ФРГ — 32 кв. м. на человека). В том числе 75% мирового производства льняных тканей, шелка 12%, хлопчатобумажных тканей 13%, шерстяных — 19% — 2,6 кв. м на человека (для сравнения: ФРГ — 2,4 кв. м, США — 0,7 кв. м).

Трикотажных изделий в СССР было произведено 22% мирового уровня, т.е. в 2,5 раза больше Японии, производилось 27% мирового производства кожаной обуви, в 4 раза больше, чем тогда в КНР, в 6 раз больше, чем в США, в 3 раза больше, чем в Японии.

СССР производил 10 млн. телевизоров (10,9% мирового производства, ФРГ — 5 млн., Япония — 12 млн.); электропылесосов — 6 млн. шт. (12,4% мирового производства), Япония — 6,6 млн., ФРГ — 4,6 млн.; утюгов мы производим 16 млн. шт. (15% мирового производства); холодильников — 6,5 млн. шт. (17,4% мирового производства, Япония — 5 млн.); стиральных машин — 6 млн. (12,6% мирового производства), Япония — 4 млн., ФРГ — 2 млн.; фотоаппаратов — 3 млн. шт. (4,4% мирового производства); часов — 72 млн. шт. (17,1% мирового производства). И все это производство конкурировало с Западом как на своем, так и на мировом рынке. Было что уничтожать!

Но вот Запад победил, как он называет, в «холодной войне», к власти в СССР и к управлению его народным хозяйством пришли его туземные холуи. И уже через три года, к 1995 году, как свидетельствует «Российский статистический ежегодник», по сравнению с 1990 годом от производства турбин остался 51%, генераторов — 21%, крупных электромашин — 23%, металлорежущих станков — 27%, кузнечно-прессовых машин — 11%, тракторов — 13%, комбайнов — 18%, мостовых кранов — 14%, башенных строительных кранов — 6% и т.д. и т.п. От производства тканей, обуви и товаров длительного пользования осталось: тканей — 26%, (в том числе льняных — 27%, шелка — 23%, шерстяных — 19%, хлопчатобумажных — 27%), обуви — 20%, стиральных машин — 39%, магнитофонов — 21%, пылесосов — 35%, швейных машин — 23%, телевизоров — 47%, утюгов — 31%, холодильников — 71%, фотоаппаратов — 24%, часов — 43%. Сейчас и того нет…

Такой вот пример, заодно показывающий и мощь экономики нацистской Германии. Союзники СССР, Великобритания и США, всю войну хотели бомбардировками подорвать промышленность гитлеровской Германии. Поскольку разрушить все заводы, выпускающие танки, самолеты, автомобили и прочую технику, было невозможно, то союзники поставили себе целью разбомбить только заводы по производству шарикоподшипников, так как без шарикоподшипников производить никакую технику невозможно. Благо в Германии было всего два центра производства подшипников — в Швайнфурте и Регенсбурге. И союзникам ценой больших потерь (треть самолетов была сбита немцами) даже удалось однажды эти заводы разбомбить. Но, как вспоминал Шпеер, у союзников не хватило настойчивости для повторных бомбардировок, и немцы эти заводы в течение месяца восстановили. В результате немцы в 1944 году выпустили оружия не только больше, чем в 1942 году, когда их еще бомбили слабо, но в четвертом квартале 1944 года произвели техники и оружия больше, чем в первом!

Так вот, в этом конкретном деле уничтожения промышленности туземные холуи Запада в России достигли гораздо более выдающихся успехов, нежели тогдашние руководители Великобритании и США, Черчилль и Рузвельт, причем без потерь со стороны Запада. Если взять те же шарикоподшипники, то дело здесь обстоит так.

В СССР производилось на 1990 год 1 миллиард 100 миллионов шарикоподшипников, из них в России — 784 миллиона. К моменту замены Западом Ельцина на Путина производство шарикоподшипников уже упало втрое — до 257 миллионов, Путин же сумел снизить их производство еще впятеро — до жалких 49 миллионов в 2009 году. Как видите, успехи, достигнутые Ельциным и Путиным в разрушении промышленности СССР, Черчиллю и Рузвельту и не снились.

 

Сельское хозяйство

Из-за сурового климата и больших расстояний хлеб в России всегда получался с большими затратами труда и был очень ценен, зерном скот кормили только богатые люди, крестьянину это и в голову бы не пришло. Ведь для получения килограмма мяса необходимо почти 10 килограммов зерна, в целом это потеря калорийности почти в двадцать раз. Слишком мало производилось тогда зерна в России, чтобы перейти на такой способ производства мяса. Даже в 1913 году, самом урожайном за историю империи, было произведено зерна в границах СССР всего 98 млн. тонн. В 1989 году, в год прихода к власти будущих туземных холуев Запада, производство зерна составило 211 млн. тонн, а бывало и 240 млн. тонн.

Да, из полученных 98 млн. тонн в 1913 году Россия экспортировала 9 млн. тонн, и нынче туземные подпевалы Запада по этому поводу заявляют, что Россия кормила хлебом всю Европу. Это не так: в России душевое потребление зерна было вдвое ниже, чем в Европе. Россия своим зерном кормила скот в Европе, она кормила Европу мясом и молоком, хотя только половина своих детей доживала до 10 лет, в том числе и из-за отсутствия мяса и молока.

Князь Багратион, полковник генштаба русской армии, в 1911 году писал: «С каждым годом армия русская становится все более хворой и физически неспособной… Из трех парней трудно выбрать одного, вполне годного для службы… Около 40% новобранцев почти в первый раз ели мясо по поступлении на военную службу».

Между тем относительная цена на мясо в России тех времен нам должна казаться не очень высокой. Вспомним, что в начале 80-х годов белый хлеб стоил 25 копеек за килограмм. Мясо по 2 рубля в магазинах бывало редко, но на рынке его можно было купить за 3-4 рубля. Соотношение между ценой килограмма хлеба и килограмма мяса было примерно 1:16. А в 1914 году в Москве, относительно дешевом в смысле продовольствия городе, белый хлеб стоил 5 копеек фунт, а говядина — 22 копейки. Соотношение 1:4,5. То есть относительно хлеба мясо в 1914 году было почти вчетверо дешевле, чем через 70 лет. И тем не менее 40% новобранцев впервые пробовали его в армии!

Эти цифры и цены показывают состояние сельского хозяйства России, доставшейся большевикам. Несмотря на то что Россия кормилась и объективно, и субъективно практически одним хлебом (о зерне для производства молока и мяса и говорить не приходилось), то есть кормилась самым экономичным путем, производительность труда в этой отрасли была столь низка и товарность ее столь невелика, что в сельском хозяйстве работало почти 85% населения страны.

Перед тем как Запад победил в войне и уничтожил СССР, в нем жило едва 5,5% населения мира, а в сельском хозяйстве работало только около 15% трудоспособного населения. И сельское хозяйство СССР (напомню, при крайне неблагоприятном климате) в 1989 году произвело 11% мирового производства зерна, то есть вдвое больше среднемирового показателя в расчете на душу населения. Производство хлопка составило 15% — почти в три раза больше, картофеля 27% — почти в пять раз больше, сахарной свеклы — 36%.

По производству продуктов питания на душу населения СССР прочно вошел в пятерку самых высокоразвитых стран мира, несмотря на то, что климат в СССР для сельскохозяйственного производства во много раз хуже, чем в любой из этих четырех стран — США, Великобритании, ФРГ и Японии.

Посмотрите на карту: Великобританию омывает теплый Гольфстрим, там на открытом воздухе растут пальмы, северная граница Германии находится на широте Смоленска и Рязани, все земли Германии расположены на широтах Украины, север Японии южнее Астрахани, юг Японии — это широты Египта, но с мягким морским климатом, северная граница США на 150 км южнее широты Киева; сама территория США — это настолько благодатная для сельского хозяйства земля по климатическим условиям, что наши крестьяне о такой и мечтать не могут. Что делать, СССР с географическим положением не повезло очень крупно: ни морей на границах, ни дождичка в мае.

Тем не менее колхозное сельское хозяйство СССР со своих скудных земель обеспечивало граждан СССР лучше, чем США, Германия, Великобритания и Япония в среднем обеспечивали своих граждан. Только по мясу было отставание, но правительство СССР не собиралось останавливаться на достигнутом. Это западные страны считали, что у них уже все хорошо с питанием, а в СССР так не считали.

По производству зерна СССР уступал немного США, но зерно не характерно: для хлеба его давно хватало и оно в своей массе было кормом скота — основой производства мяса и молока. По производству мяса СССР тоже уступал США и Германии, но по сумме мясо + рыба — только США и Японии.

По молоку только Германия несколько опережала СССР, зато остальные страны отставали чуть ли не вдвое. По сахару мы уступали только Германии, все остальные страны опережали, и значительно. По производству животного масла СССР в мире не было равных…

В 1989 году уже не Россия отрывала от себя зерно, чтобы в других странах у детей были молоко и мясо, теперь уже она сама покупала зерно и мясо, чтобы у советских детей все это было. И тратила на это всего лишь 1% доходов своего экспорта.

Сельское хозяйство СССР производило продукты питания на 2200 миллионов калорий в год на душу населения. Это на треть больше того, что имело в среднем вместе взятое население указанных четырех западных стран (1600 миллионов калорий), а по белкам на четверть больше (67,8 килограмма в год против 54,9 в среднем по США, Великобритании, Германии и Японии).

Некоторые читатели заметят, что у этих стран пусть земли и хорошие, но их мало, не на чем выращивать. Ничего подобного! В США платятся огромные деньги фермерам, чтобы они не засевали свои земли и этим не сбивали высокие цены на продовольствие.

Причина в экономике. В СССР плановая экономика имела цель обеспечить питанием каждого, повторяю, каждого гражданина. А на Западе — только людей с достаточным количеством денег.

Но вот республики СССР стали колониями Запада, как говорится, горе побежденным! Возьмем для сравнения Россию, Украину и Белоруссию. В России и на Украине режим откровенно колониальный, в Белоруссии Батька хоть как-то пытается удержаться в откровенной блокаде Запада.

Воспользуюсь официальными данными (хотя веры этим данным по России и Украине нет никакой), для чего возьму их из источника http://www.xliby.ru/istorija/ kuda__idem_belarus__rossija_ukraina/p7.php, в котором делается сравнение 2008 года с 1980-м, то есть за период почти в 30 лет.

За эти 30 лет произошел огромный скачок в технике и технологии. К примеру, в 1980 году домашние стационарные телефоны мало у кого были, созвониться с другим городом было весьма хлопотно, пользовались в основном почтой и ныне забытым телеграфом. О сотовых телефонах, об электронной почте и фантасты еще не писали ни в каких странах. Достижением счетной техники являлись первые электронные калькуляторы, весившие 5-6 кг, очень редкие даже на предприятиях и умеющие выполнять только простейшие арифметические операции. Помню, как-то летел в самолете с соседом по креслам, который возвращался из заграничной командировки и вез с собою японскую видеокамеру. Этакую диковинку он собирался в Москве обменять на автомобиль «Жигули». А кого сегодня удивишь видеокамерой?

Возможно, и не такой огромный, как в этих отраслях, но, тем не менее, существенный скачок в мире произошел и в области сельского хозяйства. Но что в итоге в странах СНГ?

Объем сельскохозяйственного производства составлял в 2008 году по сравнению с 1980 в России менее 90%, на Украине — менее 70%, хотя в 1990 году эти республики уже производили сельхозпродукции на 25% больше, чем в 1980-м. И только в Белоруссии в 2008 году по отношению к 1980 году этот объем увеличился на 25%. То есть весь прогресс в сельском хозяйстве обошел наши суверенные государства стороной.

Введение мировых цен на сельхозпродукцию является убийством для сельского хозяйства наших стран, в том числе и Белоруссии, и, разумеется, доходы работников сельского хозяйства резко упали везде. Средняя зарплата в сельском хозяйстве, в процентах от средней зарплаты по всем отраслям экономики, в России составила около 55%, 45% на Украине и 62% в Белоруссии от того уровня, что был в СССР.

Падение сельскохозяйственного производства наших стран конкретно выражается в следующих числах, повторю, наверняка приглаженных в России и на Украине. Сбор зерновых со средних 98 млн. тонн в год в 1981—1990 годах упал до 72 млн. тонн в год в 1996— 2005 годах в России (на 27%), со средних 43 млн. тонн в год до 31 млн. тонн на Украине (на 28%) и со средних 6,5 млн. тонн в год до 5,6 млн. тонн в год в Белоруссии (на 14%).

Численность поголовья крупного рогатого скота по сравнению с 1980 годом в Белоруссии упала к 2000 году до 60% и с тех пор стоит на этом уровне, в России к 2008 году упала до 35%, на Украине — до 22% и продолжала падать.

Численность поголовья свиней по сравнению с 1980 годом в Белоруссии упала к 2008 году до 80%, в России — до 42%, на Украине — до 33%.

Как результат производство мяса по сравнению с 1980 годом в Белоруссии упало к 2008 году до 95%, в России — до 70%, на Украине — до 55%.

Что касается России, то приведенный источник сообщает, что в феврале 2005 г. на Всероссийском конгрессе экономистов-аграрников вице-президент Российской академии сельскохозяйственных наук и директор Института экономики сельского хозяйства И. Ушачев сказал: «В среднем объемы потребления продовольствия на душу населения с 1990 года сократились на 22%, а по отдельным видам продуктов, таких, как мясо, — в 1,4 раза, молоко — в 1,7 раза и рыбопродукты — в 1,8раза… Значительная часть населения страны не может позволить себе питаться даже на уровне минимальной потребности, а средние рациональные нормы питания доступны лишь 10—20% россиян». Что уж тут поделать — колонии не полагается питаться так, как свободной стране.

 

Военное производство

Давайте проведем сравнение военного производства СССР во Второй мировой войне с военным производством Российской империи в Первой мировой, ведь между войнами прошло чуть более 20 лет, а СССР по площади был даже меньше, чем царская Россия. В Первой мировой войне Серединные империи — Германия, Австро-Венгрия, Османская империя и примкнувшая к ним Болгария — имели общую численность населения на начало века примерно 120 миллионов человек, то есть меньше, чем имела одна только Российская империя. Против них в Европе воевали страны Антанты: кроме России, воевали Франция, Великобритания, Италия, Бельгия, Румыния, Сербия и Черногория, Греция, Португалия, в конце войны и США. Их общую численность населения на начало века можно оценить в 360 миллионов человек. Кроме этого, Франция имела в колониях 80 миллионов человек, а Великобритания — 400 миллионов. На Дальнем Востоке еще была и активно участвовавшая в войне Япония. Перевес Антанты был оглушительный. Тем не менее до конца войны ни один иностранный солдат не ступил на землю Германии, а Российская империя показала исключительную беспомощность именно в военном отношении, в том числе с экономической точки зрения.

А ведь в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг. СССР воевал не с 120 млн. тогдашних немцев и их официальных союзников — он воевал практически со всей Европой, численность которой (за исключением союзной нам Англии и не сдающейся немцам партизанской Сербии) была около 400 млн. человек.

В связи с этим в ходе Великой Отечественной войны шинели в СССР надели 34 476,7 тыс. человек, то есть 17,8% населения. А Германия мобилизовала в свои вооруженные силы аж 21% от численности населения. Казалось бы, немцы в своих военных усилиях напряглись больше, нежели СССР. Но в Красной Армии в большом количестве служили женщины, как добровольно, так и по призыву. Почему так?

Для того, чтобы сражаться, нужны не только солдаты, но и оружие с продовольствием. А для их производства тоже нужны мужчины, которых женщинами или подростками заменить нельзя. Поэтому и вынужден был СССР посылать на фронт женщин вместо мужчин. У немцев такой проблемы не было: их обеспечивала оружием и продовольствием вся Европа. Французы не только передали немцам все свои танки, но и произвели для них огромное количество боевой техники — от автомобилей до оптических дальномеров. Чехи построили весь парк немецких бронетранспортеров, большое количество танков, самолетов, стрелкового оружия, артиллерии и боеприпасов. Поляки строили самолеты, польские евреи производили для немцев взрывчатку, синтетический бензин и каучук, шведы добывали железную руду и поставляли немцам комплектующие для боевой техники (к примеру, подшипники), норвежцы снабжали гитлеровцев морепродуктами, датчане — маслом… Короче, вся Европа старалась, как могла. В итоге.

У Николая II автотракторного и танкового вооружения не было, а авиация была скорее символической, так что тратиться на эти рода войск царю не приходилось. Основные его затраты были на холодное и стрелковое оружие пехоты и кавалерии, немного трат на саперов, связь, и основные затраты падали на артиллерию.

До конца войны царской элитой проблема со стрелковым оружием так и не была решена. К 1917 году русская армия (вместе с 700 тысячами трофейных и 2434 тысячами закупленных за границей) получила всего 11 365 тысяч винтовок всех видов (дивизии, вооруженные японскими винтовками, имели кличку «японские»). А по расчетам российского Генштаба нужно было 17 700 тысяч! К 1 января 1917 г. русская армия имела всего 16 300 пулеметов — аж 12% потребности, рассчитанной ее же Генштабом!

В СССР за производство стрелкового оружия отвечал Л. П. Берия, и с производством оружия в царской России результаты просто несравнимы. Лучше сравним объемы производства стрелкового оружия для Красной Армии в 1941 — 1945 гг. с производством этого оружия заводами всей Европы для фашистской армии за всю войну. Европа произвела 1048,5 тыс. пулеметов, а СССР — 1515,9 тыс. Винтовок и карабинов Европа осилила 7845,7 тыс., а СССР — 12 139,3 тыс. Пистолет-пулеметов фашистские войска получили 935,4 тыс. штук, а РККА — 6173,9 тыс. И это не значит, что у нас был постоянный недостаток стрелкового оружия, а у немцев избыток. К концу войны немцы начали клепать эрзацвинтовки и, скопировав советский пистолет-пулемет ППС, в 1945 г. пытались поставить его на производство под маркой МП 709.

Армия царской России израсходовала 9 миллиардов патронов при страшной их нехватке в первой половине войны. СССР за время войны, несмотря на тяжелейшие потери промышленности на оккупированных фашистами территориях, изготовил и поставил в войска 22,7 миллиарда штук патронов.

С закупкой материальной части артиллерии положение было таково. Царь влез в войну, имея 7088 орудий, противостоящие ему Германия и Австро-Венгрия — 12 015. К концу войны положение улучшилось, но не намного: у русской армии было 12 299 стволов, у Германии и Австро-Венгрии — 18 019.

Сталин оттягивал войну, как мог, поскольку против советских 34 695 орудий у немцев было 47 260 стволов. Тем не менее уже на 1 ноября 1942 г., то есть спустя чуть больше года после начала войны, 70 080 немецких орудий встречали 72 505 советских. А на 1 января 1945 г. у немцев осталось 28 500 стволов, а их громили 91 400 советских орудий (вместе с минометами калибром выше 50-мм — 239,6 тыс. стволов). Соотнесите эти цифры: при примерно одинаковой численности населения у царя с его капитализмом и рыночными отношениями 12,3 тысячи орудий, а у большевиков с их социализмом и плановым производством — 239,6 тысячи! И орудия были куда более сложные и более дорогие, чем у царя.

В самые обеспеченные годы Первой мировой войны русская армия расходовала 2 миллиона снарядов в месяц, Красная Армия за годы войны без предвоенных запасов получила снарядов 1 миллиард штук, то есть расходовала примерно 21 миллион снарядов в месяц.

Но у царя эти две позиции (стрелковое оружие и артиллерия) составляли основные затраты на закупку оружия, а у большевиков — меньше половины. (На закупку артиллерии было потрачено 43% от всей суммы, пошедшей на оружие, а стрелковое оружие и имущество саперов и связистов — 5,1%). Поскольку 30% всех денег пошло на закупку самолетов и 21,9% на закупку танков и автотракторное имущество.

Военные расходы царской России (на февраль 1917 г.) составили всего 29,6 млрд. рублей, и уже эти траты вызвали бунт, свержение царя и его правительства. Которое, кстати, уже в декабре 1916 г. постановило забирать у крестьян хлеб принудительно, поскольку при обвальном обесценивании рубля крестьянин даже родному царю продавать его не хотел.

А военные расходы СССР составили 582 млрд. рублей! И несмотря на то, что эти расходы были в 20 раз больше, то есть на каждого среднего советского гражданина ложились тяготами почти в 20 раз большими, чем на среднего подданного царской России, СССР во главе с большевиками войну выиграл, а Россия во главе с царем войну проиграла.

 

Восстановление разрушенного хозяйства

Советский Союз в те годы служил примером для всего мира, причем даже Запад попытался тем или иным путем повторить советские методы хозяйствования. Но ведь нельзя слепо копировать, нужно понимать смысл того, что ты делаешь. Скажем, после войны изрядно обнищавшая Великобритания стала по примеру СССР национализировать целые отрасли экономики, не понимая, что в экономике СССР главное не то, что она государственная, а то, что плановая. А для создания плановой экономики, повторяю, не имеет значения, какое это предприятие, государственное или частное. Главное, чтобы все предприятия действовали по единому плану, а не в слепой анархии рынка. В результате у англичан ничего толком не получилось, и гораздо более разрушенный Советский Союз отказался от карточек в 1947 году, а Великобритания — лишь в начале 50-х.

С 5 по 14 ноября 1952 года в Москве проходил XIX съезд КПСС, в своей открытой части достаточно парадное мероприятие, на которое была приглашена масса иностранных гостей и журналистов. Выступающие, естественно, говорили о достижениях плановой советской экономики, благо было о чем говорить. Скажем, украинский драматург А. Корнейчук делился с делегатами такими своими впечатлениями: «В Киеве недавно гостил крупный итальянский ученый. Когда он увидел великолепное здание с ажурной мачтой телецентра, он сказал: «Италия до сих пор не имеет телецентра. Правда, нашему народу не до телевидения».

А министр торговли СССР А. Микоян говорил о «прозе» жизни. Он сначала напомнил, что в декабре 1947 года в СССР были отменены карточки, после чего каждый год снижались цены на товары массового спроса, и к 1952 году результат этого снижения был таким. В СССР в 1952 году хлеб стоил 39% от цен конца 1947 года, молоко — 72%, мясо — 42%, сахар — 49%, сливочное масло — 37%. За эти же пять лет в США цены на хлеб выросли на 28%, в Англии — на 90%, во Франции — более чем вдвое. Цены на мясо в США увеличились на 26%, в Англии — на 35%, во Франции — на 88%. Похожая картина была и по другим сопоставимым продуктам питания. Между прочим, Микоян доложил и о том, что в СССР только по одному товару производство «теперь находится на уровне несколько меньшем, чем до войны». Это была водка.

Ведь и после Сталина, если кто-то из вас еще помнит, настроенная им экономика развивалась всем на зависть. К 1990 году Советский Союз по темпам экономического роста опережала только Япония. И даже по данным современного, уже «демократического» официального «Российского статистического ежегодника», в 1990 г. в Советской России проживало 148 млн. человек, а ее валовой внутренний продукт составлял 1102 млрд. долларов США (число занижено, но возьмем его — официальное!). В том году на душу населения Советской России приходилось 7446 долларов. А в Южной Корее в том же 1990 г. — 5917 долларов. То есть средний гражданин РСФСР был богаче среднего южнокорейца на 26%.

А в 1993 г. средний душевой валовой продукт находящейся под управлением Запада России составил 1243 доллара — в шесть раз ниже, чем в 1990 г., и уже в шесть раз ниже, чем в Южной Корее в 1993 г.!

По данным ЦРУ (теперь уже завышенным), в 1999 г. душевой валовой продукт России — 4200 долларов, но у Южной Кореи — 13 300!

Если бы Россия оставалась советской и независимой, а ее народное хозяйство не грабили так нагло, то соотношение 1990 г. сильно бы изменилось не в пользу СССР. То есть сегодня у среднего российского гражданина душевой валовой внутренний продукт был бы на четверть выше, чем у Южной Кореи, или в пределах 16 000 долларов, а это в четыре раза выше, чем мы имеем в качестве колонии.

Журнал Счетной палаты РФ «Финансовый контроль» за июль 2007 года сообщает:

«Национальный доход России в 1991—1993 гг. уменьшился на 40% (а в военные 1941—1945 гг. лишь на 23%). По оценке Минэкономразвития, за годы ельцинских реформ из России было вывезено свыше 210 млрд. долларов. По некоторым же другим данным, 700 млрд. долларов, то есть десять годовых бюджетов ельцинской России. Производство сократилось вдвое, а численность россиян, выброшенных за черту выживания, увеличилась более чем в два с половиной раза.

По прогнозам демографов, к концу XXI века население Земли увеличится вдвое. А в России через 70 лет останется в лучшем случае 100 млн. человек. При этом русские уже не будут составлять большинство населения страны. Смертность здоровых мужчин сопоставима с потерями СССР в Отечественной войне.

Список утрат можно продолжить, но и без того ясно, что в мирное время (в отличие от военного) они были неоправданными, а значит, и более глубокими и невосполнимыми.

В первые послевоенные годы промышленность и благосостояние населения благодаря ненавистной нашим либералам плановой экономике стали быстро расти, прилавки магазинов наполнялись и цены снижались, но после шоковой терапии страна не может оправиться до сих пор».

* * *

Сделаем выводы по главе.

Собственно на молниеносность войны экономика прямо не влияет, но умные и ответственные руководители будут руководить экономикой, добиваясь от нее высочайших результатов. А само наличие умного стратега безусловно скажется и на результатах войны.