Французский поход

Сушинский Богдан Иванович

8

 

Лес будто ждал, когда люди решатся въехать в него. Могучие кроны деревьев сразу же нависли над ними, как опавшие на землю темно-зеленые облака, а солнечные лучи растворились в косматых тенях-призраках, и над экипажем, над всадниками воцарилась напряженная гнетущая тишина, словно не в лес они углублялись, а спускались в мрачное подземелье.

– А ведь птицы в этом лесу не поют, – первой обратила внимание на причину столь странной тишины Власта. – Неужели их здесь вообще нет?

– Есть, но мало. Мертвецкий дух здешних болот отпугивает. Птенцы, которых они пробуют выводить над этими болотами, почти все гибнут, – объяснила Ольгица.

– Из зверей тоже, наверное, только волки и водятся.

– Значит, местные леса действительно бесовские, – на удивление спокойно заметила графиня. – Хорошие места для всякого сатанинства.

– Давайте и мы помолчим, – властно завершила разговор Ольгица. – Тишина небес рождается из молчания.

– Ничего себе: «тишина небес»! – Диана достала из сумки пистолет, положила рядом с собой на сиденье и, откинув голову на подзатылочную подушечку, попробовала задремать.

– Кажется, вскоре ей это удалось. Дорога оказалась мягкой, словно перина, и глушила всякую тряску и скрип колес. И все же это был не сон. Перед внутренним взором графини проплывали то бульвары Парижа, то веселая суета бала во дворце герцога Орлеанского, на который ее приглашали трижды, и чем она гордилась всю свою юность. А еще – окутанные вечерней дымкой рощи, посреди которых – то здесь, то там – отливали лунным светом плесы миниатюрных озерец, то есть все те пейзажи, которые она могла наблюдать со сторожевой башни родового замка графов Ляферов-Шварценгрюнденов. А вот и сам замок…

Треугольный дворик между тремя башнями цитадели, выстроенной из огромных камней на вершине нависшего над речным каньоном утеса. Крепостная стена с дубовыми, закованными в металл воротами, за которыми чернел уже давно не поднимавшийся подъемный мост. Древняя полуразрушенная часовенка по ту сторону моста, в которой нередко находили приют паломники, идущие в Рим или даже в Палестину. Там они не платили за ночлег, а слуги всегда старались доставлять им немного еды.

Этот полусон-полувидение захватил графиню столь стремительно и надолго, что, когда она очнулась и, отворив дверцу, выглянула из кареты, то по взошедшей над лесом луне с удивлением определила: а ведь уже около полуночи! Хотя не может такого быть: неужели она столько времени пробыла в этом нежном забытьи?

Высунувшись еще больше, графиня оглянулась по сторонам. Лес по-прежнему стоял угрюмый и молчаливый, а кучер безбожно дремал на передке, полностью полагаясь на инстинкты лошадей. Холодно поблескивали панцири клевавших носами гусар. Тревожно, и тоже, очевидно, в дреме, всхрапывали их кони.

То, что Диана видела сейчас, казалось ей продолжением некоего кошмарного сна. «Карета обреченных – в заколдованном разбойничьем лесу» – вот как должна была бы называться картина, если бы все, что происходило здесь в эти минуты, было перенесено на холст. Однако сейчас ей было не до живописных сюжетов: она нутром чувствовала, что вот-вот что-то должно произойти. Что именно – этого она знать не могла, но предчувствие, предчувствие… Еще минута – и…

– Графиня, – прошептал Кара-Батыр, неслышно приблизившись к ней. – В лесу появились люди.

– Какие еще люди? – прошептала в ответ Диана.

– Я видел двоих. Они быстро ускакали. Наверное, чтобы сообщить остальным. Я все время еду впереди и заметил их. Если они появятся снова, сразу же садитесь на коня. Попробуем уйти. Я прикрою.

– По дороге не уйдем, – усомнилась Диана. – Придется какое-то время прятаться в лесу.

– Только бы вовремя заметить их. Кстати, в вашем колчане – пятьдесят стрел. И все отравлены.

– Ядом нас обеспечила Власта? – не упустила своего момента Диана.

– Однако Власта то ли не расслышала, то ли промолчала.

– Нет, это персидский яд, который сохраняется на остриях и наконечниках довольно долго. Кроме того, у седла – два заряженных пистолета. Только что я их проверил.

– Предупреди поручика.

– Хорошо, графиня.

Хотя княгиня и татарин переговаривались шепотом, тем не менее хлынувшие в карету струи влажного лесного воздуха и голоса сумели-таки вырвать Власту из дремотного забытья.

– Какие-то странные видения посещали меня, – проговорила она, беззаботно, сонно потягиваясь. – Улицы Парижа. Ресторанчик на Монмартре. Долина с рощами. Озерца. Какой-то старинный замок с тремя башнями на утесе, обнесенный крепостной стеной, а рядом – то ли церквушка, то ли часовня…

– Что-что? – перебила ее графиня, пораженная рассказом Власты. – Только что ты все это видела?!

– А что, по-вашему, это какой-то плохой сон?

– Да сон, как сон. Дело в другом: почему ты решила, что все это «виделось» тебе в Париже? – как можно спокойнее спросила Диана, зорко всматриваясь при этом в ночную темноту. – Как ты, например, догадалась, что ресторанчик стоит не где-нибудь, а именно на Монмартре? Разве ты когда-нибудь бывала в Париже?

– А действительно, как?! – спохватилась девушка, удивленно пожимая плечами. – Ни в Париже, ни вообще во Франции я никогда не была. Но мне вдруг показалось, что все это я уже когда-то видела.

– Бред какой-то.

– Вполне согласна с вами: бред. Но чей-то голос объяснял мне: «Это Париж… Монмартр. Замок…». Постойте-постойте, вспомнила: это же был родовой замок графини… Э, да это же был ваш замок!

– Вот и мне кажется, что мой. Но с какой стати он являлся тебе? Как это могло произойти?

– Счастливицы, вы еще не разучились удивляться, – заговорила Ольгица, хранившая до сих пор таинственное молчание.

– Так, может быть, вы объясните, почему так происходит? – молвила графиня.

– Не нужно стремиться все тотчас же, немедленно объяснять, тем более что далеко не все поддается нашему земному пониманию.

– Но такого не может быть, чтобы мой замок и виды Парижа являлись человеку, который никогда не бывал в пределах Франции.

– Не нам дано определять, что должно происходить, а что не должно. К счастью, не нам. А пока что скажу вам, что сейчас будет река. Ты слышишь, Власта: та самая река, на которой, чуть ниже моста, по течению, за лесом, находится имение Ратоборово.

– Это правда? Оно здесь, на этой реке? – оживилась Власта. – На обратном пути мы обязательно заглянем туда.

– Если только доживем до утра, – заметила Диана. – В лесу появились какие-то странные люди.

С минуту в карете царило молчание: девушки напряженно ждали, как отреагирует на это провидица.

– Прикажите кучеру, чтобы у реки, шагов за двадцать от моста, остановил карету, – наконец произнесла Ольгица. – Воины пусть сойдут с коней, спрячутся за деревья и приготовят оружие.

– Значит, на нас готовится нападение? – насторожилась Диана.

– Прикажите сделать все, как я велю, графиня, – резко осадила ее Ольгица.