Французский поход

Сушинский Богдан Иванович

57

 

Кортеж миновал их убежище, и графиня велела кучеру-татарину пристроиться к нему.

– Я не смогу проводить вас до Кале, князь, – мило улыбнулась графиня, воспринимая страстный поцелуй, которым Гяур прервал ее грустный рассказ, как напоминание о том, что они наконец-то снова встретились. – Однако успею сообщить весьма приятную новость.

– У нас будет сын? – само собой вырвалось у Гяура.

– Что? Сын?! – сомкнула графиня руки на затылке Гяура.

– Извините, я, очевидно, не имел права, – карету немилосердно трясло и раскачивало, поэтому объятия их порой напоминали танец африканских аборигенов. – Господи, а ведь я никогда не задумывалась над этим. Нет, простите, князь, но до такого я не додумывалась даже в самых смелых своих планах. Для меня это слишком необычно – задумываться о продолжении рода, нежный чадолюбивый князь, – извиняющимся тоном произнесла Диана.

– В таком случае мне просто в голову не может прийти, какие еще приятные новости ты можешь сообщить мне, – пытался скрыть свое смущение Гяур.

– Какая чарующая забывчивость! Неужели не помните о драгоценностях Бохадур-бея, некогда добытых вами в бою?

– Гнев Перуна! Какие еще драгоценности? Мы ведь еще тогда условились, что они ваши, поэтому просил бы не напоминать о них.

– Именно потому, что они мои, я и распоряжаюсь ими. Причем так, как считаю нужным. И наша договоренность не лишает меня права ставить вас в известность о своих решениях.

– Спорить с вами почти невозможно, – улыбнулся Гяур.

– А главное, бессмысленно. Так вот, рядом с моим родовым замком, недалеко от подножия возвышенности, на котором он находится, расположено имение землевладельца, со старинным особняком на берегу небольшого озера. Его хозяйка, старуха-вдова, вконец разорилась и решила продать владение. Вот я и подумала: почему бы не купить его от вашего имени, князь, как будущего владельца? И от вашего же имени назначила управляющим Кара-Батыра. Он будет хозяйничать там до тех пор, пока вы не решитесь осесть в наших краях.

– Или пока судьба не сложится так, что в Польше и Украине мое пребывание станет невозможным. В то время как в Высокой Порте меня будут встречать с палачом, а воспетый в грезах Остров Русов по-прежнему останется недосягаемым для коней моих воинов.

– И тогда вы вспомните о бедной графине в своем скромном имении во Франции, в восьмидесяти верстах от Парижа.

Князь молчал, удивленно глядя на графиню. Она настолько просто и убедительно объяснила свой поступок, что у Гяура не хватало решительности хоть как-то опротестовать его. Диана права: жизнь может сложиться именно таким образом, что на склоне лет, – если только воинская фортуна помилует его, – придется искать убежище на земле, не принадлежащей ни королю Польши, ни султану Османской империи.

– А знаете, оказалось, – восторженно отчитывалась перед ним графиня, – что Кара-Батыр немного смыслит в виноделии. Это очень кстати, поскольку в имении можно разводить отличный виноград, и даже возникает соблазн построить небольшой винодельческий заводик. Словом, прибыль от этого предприятия, а также немалую долю денег, оставшихся от продажи остальных драгоценностей, Бохадур-бей сможет использовать или на развитие вашего владения, или на закупку столь необходимых вам английских ружей и пистолетов.

– Вы даже решили, чьих именно.

– Перестаньте издеваться надо мной, князь. Я не поленилась узнать, что у англичан они сейчас лучшие в Европе, да простят меня все англоненавистники.

– Вы ли это, графиня? Мне и в голову не могло прийти, что в вашей голове томится настоящий талант промышленника.

– Поиздевайтесь, князь, поиздевайтесь. Однако о деле. Две трети всего этого достояния я действительно использую для того, чтобы привести в порядок свой замок и позаботиться о доходах от земли, доставшейся мне в наследие от покойных родителей. Вы даже не представляете себе, какими богатствами владел убиенный вашими воинами Бохадур-бей. Так что это не я облагодетельствовала вас, Гяур, а вы сделали меня богатой. Шести камней из коллекции этого грабителя оказалось бы, как объяснил знакомый ювелир, вполне достаточно, чтобы купить замок, подобный моему.

– Теперь я тоже начинаю с уважением относиться к убиенному грабителю.

– Кстати, оказалось, что в мешочке, в той доле, которую я оставила себе, таких камушков насчитывается тридцать девять. Не волнуйтесь, ровно столько же досталось и вам. Как видите, я не алчная.

– Графиня, – покачал головой Гяур, – давайте договоримся: это наш последний разговор о драгоценностях и богатстве. Все это ваше и распоряжайтесь, как хотите.

– Именно так я и делаю, мой непрактичный, жаждущий умереть в нищете, князь.