Французский поход

Сушинский Богдан Иванович

17

 

Повтори, что ты сказал, Кара-Батыр, – потребовал Гяур, не сводя глаз с графини д\'Оранж.

– Может быть, графиня де Ляфер действительно находится…

– Не надо, – упредила его д\'Оранж. Одна рука ее все еще была занята кинжалом, другая лихорадочно блуждала по столу, словно он был последним спасением. Вот только ухватиться за него все не удавалось.

– Так вы знали, что наемные убийцы остановились в вашем загородном доме и что именно туда они привезут Диану де Ляфер? – положил Гяур руку на эфес сабли. – Почему вы сразу же не сказали мне об этом? – подался к ней Гяур, нервно передергивая клинок. – Какого черта мы убили столько времени? А если бы Кара-Батыр не пришел сюда с этим известием, вы бы так и молчали?

– Не удивляйтесь, так и молчала бы, – неожиданно, с каким-то обреченным спокойствием, согласилась графиня. – И если вы человек чести, то сможете, когда это понадобится, подтвердить, что я не выдавала этих людей. Их выдал ваш чужеземец.

– Перед кем я буду подтверждать это? – едко улыбнулся князь. Подойдя к графине, вежливо отобрал у нее кинжал и повесил на то место, на котором он висел. – Так перед кем это я должен буду подтверждать? Уж не перед принцем ли де Конде?

– Перед кем бы то ни было, и не упоминайте святое имя принца.

– Вы сейчас же поедете с нами и покажете, где находится этот ваш загородный дом. Тогда мы оставим в покое не только принца, но и весь королевский род.

– Нет, я не сделаю этого. Можете изрубить меня на куски.

Гяур и Кара-Батыр опять переглянулись. Князь – растерянно, татарин – с суровой решительностью: «Приказывай, полковник».

– Не заставляйте нас вести себя с вами так, как повели себя наемные убийцы с графиней де Ляфер, – процедил сквозь зубы татарин. – И ничто не остановит меня перед тем, чтобы привезти вас туда силой. Я сделаю это даже вопреки воле князя. Мы, татары, умеем «уговаривать» несговорчивых европейцев.

– Где находится ваш дом, мы можем узнать и без вас, графиня, – все еще пытался сдерживаться Гяур. – Но тогда нам придется отдать вас в руки палача вместе с теми из наемников, которые уцелеют в схватке.

– В руки палача меня можно отдать только вместе с графиней де Ляфер, – горделиво повела вздернутым подбородком д\'Оранж. – Вам бы уже пора было понять это. Я подскажу вам, как добраться до моего дома. Понятия не имею, пребывает ли там кто-нибудь из моих французских знакомых.

– На всякий случай дайте нам ключ от черного входа, – предложил Кара-Батыр.

– Вы проникните в подвал, а уж по нему – в дом. Не исключено, что графиню они содержат именно в этом подвале. Только вводили ее туда из дома. Я подробно опишу вам, как лучше проникнуть в парк и здание, но… – Графиня прошлась по комнате, остановилась у стола и решительно обвела их обоих взглядом. – Вы должны поклясться, что ни один из французов в живых не останется. А значит, не сможет добраться до Парижа. Это в интересах самой графини де Ляфер. А у?ж я позабочусь, чтобы известие о мести графини майору де Рошалю как можно скорее оказалось во Франции.

– То, что ни один из них не уйдет от нас живым, это мы вам обещаем, – сжал кулаки Кара-Батыр.

– Даже если бы вы просили об обратном, – вежливо добавил князь.

В течение нескольких минут графиня подробно описывала, как побыстрее найти ту часть пригорода, где находится ее дом, вручила ключи и подсказала, как попасть в комнату, наверняка занимаемую главарем наемников, бывшим пехотным капитаном Франсуа Кодьяром.

– Возможно, вы все же поедете с нами? – в последний раз попытался уговорить ее Гяур. – Это помогло бы обезопасить Диану. Вы бы вошли первой. Что странного в том, что хозяйка навестила свое загородное владение? Вы хотите спасти свою подругу. Неужели вам безразлично, как сложится ее судьба? Тем более что…

– Не безразлично, не безразлично, – нетерпеливо прервала полковника графиня д\'Оранж. – Но и особого желания спасать вашу графиню у меня тоже нет. Ибо я уверена: не появись она в нашем кругу, наши планы не стали бы известны королю, а значит, многие из моих друзей и покровителей были бы сейчас живы. Да и сама я не влачила бы жалкое существование в вашей болотной Славянии.

«Цинично, зато откровенно», – признал Гяур. И, уже совершенно успокоившись, искренне поблагодарил графиню. Прежде всего, за откровенность.