Исповедь соперницы

«Исповедь Соперницы» — приключенческий любовный роман, события которого происходят в Англии XII столетия.

Главных героинь две: внебрачная дочь короля и беглая монахиня. Обе незаурядны, красивы, решительны. Обе страстно влюблены в прекрасного крестоносца Эдгара и готовы бороться за свою любовь.

Глава 1.

БЭРТРАДА.

Январь 1131 года.

Я всегда знала, что могу добиться всего чего захочу.

Конечно, я не была настолько наивной, чтобы не понимать — для получения желаемого следует предложить немало усилий, к тому же не все приходит сразу. Но в одном могу поклясться — ни разу я не познала поражения. Это давало мне повод гордиться собой, ходить с высоко поднятой головой, ничуть не стесняясь своего происхождения.

Да, пусть я и была незаконнорожденной, но в то же время и принцессой Нормандской. Ибо мой отец — сам Генрих I Боклерк, герцог Нормандии и, свыше того, король Англии. Правда в Англии я бывала редко, больше жила в континентальных землях отца. Я была «дитя двора», девица выросшая в королевском окружении, незаконнорожденная принцесса, и пусть бы только кто попробовал мне в глаза сказать, что я не более, чем одна из ублюдков моего любвеобильного батюшки.

Моя мать давно умерла. Я ее совсем не помнила, знала только, что она была вдовой нормандского рыцаря, некогда обратившаяся с прошением к королю, а уж Генрих Боклерк редко упускал приглянувшуюся даму. Так я и появилась на свет, одна из множества его внебрачных детей. Но ко мне отец относился с особой нежностью, так как я рано осиротел, и мне с няней Маго было позволено жить при дворе. Я с детства впитала в себя атмосферу интриг и замковых тайн, научилась в них разбираться и использовать себе на корысть. Интриги! Ничто так не волновало меня. Я жила этой жизнью и она мне нравилась. О, я быстро научилась распознавать свою выгоду и никому бы не позволила себя обидеть.

А ведь в последний раз меня посмел задеть сам примас

[1]

Англии архиепископ Кентерберийский. Этот поп громогласно осудил мою манеру туго затягивать шнуровку платья, заявив, что так я сильно подчеркиваю фигуру, выставляя на обозрение каждый изгиб тела, смущая тем самым разум мужчин, наводя их на плотские помыслы. Как будто мужчины не думают об удовлетворении плоти ежедневно! Вдобавок этот съязвил, что ничего иного и не следовало ожидать от девицы, чья мать была одной из шлюх короля, имени которой Генрих и припомнить уже не может.

Глава 2.

ЭДГАР.

Февраль 1131 года.

Если бы мне, двадцатишестилетнему ловцу удачи, покинувшему двенадцать лет назад Англию, сказали, что я, завидев белые Дуврские скалы, пролью слезу — голову бы ставил против дырявого пенса, что это чистейшее вранье!

Поставил и оказался бы в проигрыше. Потому что, стоя на носу корабля в виду английских берегов, я боялся обернуться к гребцам — чтобы они потом не могли хвастать, что видели плачущего тамплиера.

Но это была всего лишь минутная слабость. Спускаясь по сходням на причал дуврского порта, я был уже совершенно спокоен.

В Дувре меня встречали собратья по Ордену. Тамплиеры не так давно основались в Англии, и я вез им письма от великого магистра Гуго де Пайена, а заодно немало золота, векселей с поручительствами и драгоценного товара — шелков, пряностей, благовоний и прочего, что должно было помочь укрепиться ордену рыцарей Храма на далеком от Святой Земли острове. Ибо, как я уже знал, нас, рыцарей-тамплиеров, в Англии не очень-то жаловали.

Я говорю «нас», хотя уже не имею права именовать себя тамплиером. Пребывание в лоне ордена Храма весьма почетно, однако я твердо принял решение покинуть братство.