Конец легенды

Корчагин Владимир Владимирович

Глава двадцать восьмая

 

– Денис, смотри, трещина! И дна не видно.

– Где? В камнях? Так высоко над водой? – Да, как раз подо мной. Я стою над ней.

– Ну-ка, посмотрим. Да, похоже… Очень похоже! – Денис бросил в трещину камень и прислушался. Через несколько мгновений где-то глубоко внизу послышался слабый всплеск.

– Она, Денис, она! – захлопала в ладоши Норма. – Та самая расселина, которую мы видели из пещеры.

– Долго же нам пришлось за ней охотиться, – Денис сел на теплый камень и с удовольствием вытянул натруженные ноги. Поиски отверстия, ведущего в подземный провал, оказались много труднее, чем он предполагал. Только сегодня, к концу третьего дня, пройдя почти пол-острова от дерева к дереву, от бугорка к бугорку, вышли они к россыпи камней у основания Китового мыса, где обнаружили наконец трещину, очень похожую на разыскиваемую брешь. Денис опять бросил в нее камень и вновь услышал далекий всплеск. Трещина несомненно вела в глубокую полость, наполненную водой. Но было ли это тем самым провалом?

– Давай сделаем так, Нор. Я сейчас разведу костер, а ты беги в пещеру и пройди к провалу. Минут через пятнадцать-двадцать я брошу в трещину горящую головню. Если мы нашли то самое отверстие, ты это обязательно заметишь.

– Я поняла тебя. А потом?

– Вернешься сюда, подумаем, что делать дальше.

– Хорошо, бегу, – Норма птицей взвилась на обрыв и скрылась между деревьями.

А уже через полчаса она снова сидела перед Денисом и, часто дыша от быстрого бега и радостного возбуждения, рассказывала о том, как страшно было ей одной стоять в темноте перед зияющей бездной, и как боялась она не заметить условленного сигнала, и какое это было удивительное зрелище, когда пылающий факел, рассыпая светлячки искр, ворвался в темноту подземелья и, прочертив огненную дугу, высветил маслянисто-черную поверхность неподвижной безжизненной воды.

– Так что, все верно, – заключила она, заглядывая в трещину. – Эта самая дырка и светится в пещере. И ничего страшного, как видишь. Расселина пустячная. Да и от берега тут шагов десять, не меньше. Трудно понять, как вода вообще попадает в нее.

– Ну, это только сейчас, при полном штиле. Волны бьют в берег значительно выше трещины. Но дело даже не в самой трещине. Тревожнее другое. Я простукал весь этот берег. Всюду чувствуется близкая пустота. Особенно вот здесь, под обрывом. Местами даже ступить опасно. Один хороший удар волны, и все полетит к черту!

– Ты хочешь сказать, полетит в провал?

– Ну да, – улыбнулся Денис.

– Положение, в самом деле, так серьезно?

– Конечно, тут даже ходить небезопасно. Ты не спускайся больше здесь с обрыва. Придется и наших недругов предупредить.

– Предупредить этих негодяев?! Странный ты человек. Впрочем, сохранность острова дороже всего. А трещина? Что делать с ней? Засыпать камнями?

– Да, пожалуй. Иначе волны размоют ее больше. Только для начала нужны камни покрупнее.

– Смотри, да тут их целая куча, будто кто специально приготовил.

– Верно. Такую кучу мог набросать только человек. Кто же это сделал? Может быть, твой отец?

– Не думаю, зачем ему эти камни?

– И тем не менее пирамида сложена человеком. И очень давно. Видишь, кое-где даже трава на камнях. – Денис отбросил в сторону несколько верхних глыб и вскрикнул от неожиданности: под камнями лежал зеленый чемодан.

– Норма, смотри! Ты знаешь, что это такое?

– Какой-то ящик или чемодан.

– Да, чемодан. Он знаком тебе? Ты видела его когда-нибудь прежде?

– Нет, никогда. А почему тебя взволновала эта находка?

– Да потому, что это чемодан Джорджа Томпсона. Тот самый зеленый чемодан… Но я ведь не говорил еще тебе об этом. Понимаешь, Нор, капитан Грей еще тогда, во время стоянки у острова, больше всего был заинтригован тем, что Джордж Томпсон в тайне от твоего отца пронес на остров какой-то зеленый чемодан, а обратно на яхту его не возвратил. Что могло быть в этом чемодане, Грей не знал, но до самого последнего времени был почему-то уверен, что именно с этим чемоданом связана тайна вашего исчезновения.

– Но что мог он положить в этот чемодан и почему спрятал его здесь, в камнях?

– Представить не могу. Хотя, зная теперь его коварство…

– Думаешь, бомба?

– Очень может быть. И стоит прикоснуться к замкам…

– Так в океан его!

– Нет, постой! А если здесь действительно разгадка какой-то тайны, – Денис осторожно извлек чемодан из-под камней, прикинул на вес.

– Килограмма три, не больше. Что же все-таки здесь может храниться?… Норма, отойди вон туда, за бугорок.

– Зачем?

– Ну, мало ли…

– Дай-ка мне взглянуть. – Она вдруг побледнела, в глазах ее вспыхнул лихорадочный блеск.

– Да что тут смотреть. Чемодан как чемодан, и замки самые обыкновенные… Осторожнее, Нор!

Но она уже обхватила чемодан обеими руками и в одно мгновение взвилась вверх по склону.

– Норма!!!

Однако она уже поставила чемодан на землю и, опустившись на колени, нажала сразу на оба замка. Чемодан раскрылся и… ничего не произошло.

Денис со всех ног пустился к ней.

– Ты… Ты с ума сошла! Как можно так рисковать?!

– А ты хотел, чтобы я позволила это тебе?

– Но можно было что-то придумать.

– Придумать можно только одно – бросить в воду. Но я поняла, что ты не сделаешь этого. А раз так…

– Что же там?

– Кажется, радиоприемник.

– Ты почти угадала. – Денис увлекался радиотехникой и сразу понял, что в чемодан вложен портативный передатчик. Он повертел его в руках. Ничего особенного. Передатчик как передатчик. Он открыл верхнюю панель, пробежал глазами по схеме. Схема слегка перемонтирована. И сделано это явно наспех. В одном месте припай отскочил, в другом – оголенные провода почти касались друг друга.

– Все ясно. Твой дядя был дальновидный бизнесмен и неплохой горный инженер, но никуда не годный радиотехник. Теперь я не сомневаюсь, что он сразу разгадал тайну острова, и в голове его мгновенно созрел дьявольский план: оставить здесь на некоторое время брата. На некоторое время, Норма! Он прекрасно рассчитал, что твой отец долго не проживет, и вы похороните его на острове. Таким образом он полностью обезопасил бы себя от судебно-медицинских экспертов, которые легко могли установить, что Роберт Томпсон умер от лучевой болезни, и докопаться до истинной причины смерти. А когда все было бы кончено, он явился бы сюда в качестве вашего избавителя. И ничто не помешало бы ему сыграть эту роль. В самом деле, кто смог бы доказать, что он знал об удивительных особенностях острова? Никто, ни один человек на свете, в том числе и вы с матерью. Да вам и в голову не пришло бы подозревать его в каком-то злом умысле, если б год спустя он явился сюда и заявил, что все это время только и делал, что разыскивал вас и своего несчастного брата. Даже твоя мать встретила бы его, как благодетеля. И кто знает, как сложилась бы ваша судьба. Ведь Джордж Томпсон, по словам Грея, был неравнодушен к миссис Томпсон.

– Да, я замечала это. Но тут он ничего бы не добился. Я хорошо знала свою мать…

– И тем не менее он мог рассчитывать на что-то. Важно установить сейчас мотивы его поступков.

– Я понимаю…

– Так вот, мне кажется, у Джорджа Томпсона были основания вернуться к вам через некоторое время.

Норма покачала головой.

– Ну, пусть я ошибаюсь. Пусть миссис Томпсон значила для этого негодяя не так уж много, а твоя судьба и вовсе была безразличной для него. Однако и в этом случае он не мог не вернуться сюда. Трудно допустить, чтобы этот прожженный деляга согласился расстаться с таким сокровищем, как этот остров. Ведь он мог принести ему миллионы. Недаром Курт готов душу продать за владение островом. Но для того, чтобы воспользоваться этим богатством, надо было знать, где найти остров в нужный момент.

– Для этого дядя Джордж и припрятал здесь эту штуку?

– Конечно. Ему нужно было, чтобы тут остался постоянно действующий радиомаяк. Поскольку, однако, встреча с островом была чистой случайностью, пришлось воспользоваться самым ординарным радиопередатчиком и переделывать его в маяк. Дело в общем-то несложное. И поручи он его опытному мастеру, план этот несомненно удался бы. Но требовалось соблюдать строжайшую тайну. Поэтому переделывать прибор пришлось самому Джорджу, наспех, без нужного инструмента и приспособлений. Вот и получилась осечка. Маяк он сделал. Смог даже пронести его незаметно для вас на остров и спрятать здесь, в камнях. Но прибор вышел из строя задолго до того, как «Даная» вернулась из Пуэрто-Рико.

– Представляю, как взбесила дядю Джорджа эта неудача.

– Да, теперь понятно, почему он не выходил в те дни из радиорубки и беспрерывно тянул коньяк. Старик Грей думал, что его угнетала судьба брата. Вот какую злую шутку сыграл тоненький, плохо припаянный проводок… Впрочем, Джордж Томпсон предусмотрел даже такой поворот дела. Если бы радиомаяк, как это и произошло, не сработал, или сам он почему-либо не смог вернуться на остров, в резерве оставалась взрывчатка. Ваша хижина не могла простоять долго. Со временем вы все равно перебрались бы в пещеру. Ну а тогда… Этот туннель к провалу даже психически действовал бы на вас.

– Верно, он с самого начала вызывал у меня страх. Ну, а мама…

– Вот видишь! Так что если бы твой отец и не стал носить эти проклятые часы, сберег здоровье, туннель доконал бы его, и рано или поздно на острове прогремел взрыв. Вот, оказывается, что это такое – преуспевающий «деловой человек»,- Денис вставил передатчик обратно в чемодан и захлопнул крышку.

– Денис, а нельзя снова устроить этот передатчик?

– И послать радиограмму о нашем бедственном положении?

– Да.

– К сожалению, нельзя. Передатчик восстановить нетрудно. Но батарейки питания вышли из строя окончательно. И заменить их здесь нечем. – Денис бросил чемодан и со вздохом опустился на землю.

Норма подсела к нему ближе, провела кончиками пальцев по нахмуренным бровям:

– Не расстраивайся, милый. Ведь нам с тобой хорошо и здесь. Разве не так?

Он молча зарылся в ее пышные волосы.