Конец легенды

Корчагин Владимир Владимирович

Глава тридцать первая

 

Их разбудила Ника. Тонко повизгивая, она взобралась на топчан и принялась тормошить своих хозяев. Первым проснулся Денис, Услышав знакомое повизгивание и нащупав в темноте мохнатую лапу, он шлепнул обезьянку по спине и недовольно пробурчал:

– Не мешай спать, Ника. Иди на место!

Но обезьяна метнулась к хозяйке. Норма подняла голову.

– Разбудила-таки, противная! А ну, марш на место! – Денис попытался столкнуть Нику с топчана. Однако Норма приложила палец к его губам.

– Тише, Денис, тише! В пещере кто-то есть.

Денис затаил дыхание. С минуту их обступала глухая тишина подземелья. Но вдруг в ней явственно послышались крадущиеся шаги.

Норма соскочила с топчана и, схватив нож, неслышными шагами направилась к выходу. Денис удержал ее за руку.

– Стой, Норма, пойдем вместе.

– Тогда возьми вот хоть это, – она вложила ему в руки охотничий топорик и осторожно раздвинула полог.

В круглом гроте было тихо. Они прокрались к выходу в центральный туннель и притаились. Звуки шагов доносились уже со стороны провала. Норма спустилась вниз.

– Смотри!

Денис глянул в темноту и ясно увидел красное движущееся пятно. Оно медленно удалялось по направлению к провалу.

– Кто это, Курт или Ганс?- шепнул он на ухо Норме.

– Не все ли равно… Может, и тот и другой.

– Но ведь они могут сорваться.

– Пусть!

– Нет, так нельзя. Я догоню их.

– Не смей, Денис. Они убьют тебя.

– Но их фонарь уже почти у провала. Их надо окликнуть, предупредить!

– Зачем? Они пришли убить нас. Если ты крикнешь, они вернутся назад, и трудно сказать, что может произойти тут, в темноте.

– Но я не могу так, не могу! Ведь еще минута… Эй, кто там, назад!

Красное пятно заметалось по проходу и еще быстрее двинулось к провалу.

– Назад! Назад! – закричал Денис во всю мочь, бросаясь вперед. – Ни шагу дальше! Впереди – опасность, смерть!!!

Красное пятно сделало замысловатую петлю, и в тот же миг раздался нечеловеческий вопль. Красное пятно оставалось теперь неподвижным, но душераздирающий крик продолжал нестись по подземелью, а через секунду раздался сильный всплеск, и все смолкло.

– Кажется, это был Ганс,- еле слышно прошептал Денис.

– Одним врагом меньше,- холодно отозвалась Норма.

– Но почему все еще светится этот фонарь? Значит тот, другой…

– Пойдем, посмотрим. Теперь это не так страшно. Только ни звука! И пропусти меня вперед.

Они осторожно подошли к провалу и наконец увидели то, что светилось в темноте. То была старая консервная банка с отверстиями, в которой ярко горели угли. Такой снабженный проволочной петлей светильник вполне сносно освещал круг радиусом в полметра и в то же время его легко можно было заслонить от посторонних глаз. Рядом со светильником валялся камень, укрепленный на тонком ремне. И это все. Значит Ганс был один. И одним врагом действительно стало меньше.

– Это кошмарно,- прошептал Денис, стараясь побороть внутреннюю дрожь.

Норма подняла с земли камень на ремне.

– А это не кошмарно?

– И все-таки…

– Пойдем спать, Денис. Этот человек сам нашел свою смерть, какой он достоин.

– Нет, Норма, спать идти не придется. И теперь слушай, что я тебе скажу. Сейчас мы приведем сюда Эвелину и Курта.

– Это зачем?

– Нужно, Норма. Чтобы Курт не смог использовать это несчастье против нас.

– Мы еще должны быть и в ответе?

– Будто ты не знаешь, на что способны эти люди.

– Хорошо, пойдем, – она прицепила нож к пояску, подняла с земли светильник. – А это тоже возьмем с собой? Я правильно поняла тебя?

– Да, и этот каменный кистень.

До лагеря они дошли быстро. Ранний рассвет едва притушил звезды, когда Денис остановился у шалаша журналистки и окликнул:

– Мисс Эвелина, встаньте, пожалуйста. Есть дело.

Через минуту американка вышла из шалаша.

– Что-нибудь случилось?

– Да, сейчас вы все узнаете.

Денис подошел к другому шалашу и сказал как мог спокойнее:

– Выйди, Курт, я знаю, ты не спишь.

Немец не ответил. Денис повысил голос:

– Выходи-выходи, иначе вытянем за ноги!

В шалаше послышалась возня, и голова Курта высунулась наружу.

– Какого черта вам от меня надо?

– Где Ганс?

– Не знаю.

– Знаешь! И ждешь его возвращения.

– Я ему не нянька. И он не ребенок, может делать все, что захочет.

– Вот как! А это он сделал тоже без твоего ведома? – показал Денис на банку с углями. На лице немца появилась злая усмешка.

– Ах, это! Так-так… Ну, что ж, вы угадали, я знаю, куда пошел Ганс. К вам в пещеру. А вы убили его?

– Об этом разговор будет позже. А сейчас скажи, зачем ты послал его в пещеру?

– Только не затем, чтобы марать руки о тебя и твою кралю. Ганс пошел за золотом. За моим золотом! А вы убили его! И вам не оправдаться перед судом.

– Ну, до суда еще далеко. А вот этот камень ему понадобился, чтобы найти золото?

– Я не спрашиваю, для чего у этой красотки нож у пояса. Каждый человек носит для защиты то оружие, какое он имеет. Да не каждый пускает его в ход. И вообще, хватит с меня ваших вопросов! Теперь спрашивать буду я. И пусть дражайшая Эвелина будет свидетельницей нашего разговора. Итак – где Ганс?

– Вот это ты сейчас узнаешь, – спокойно ответил Денис.- Сейчас ты сам с этим светильником и этим «оружием самозащиты» пройдешь весь путь, каким прошел он.

– Никуда я не пойду.

– Пойдешь! – коротко сказала Норма, слегка прикоснувшись к ножу.

Немец отвел взгляд от ее горящих ненавистью глаз, облизал вдруг пересохшие губы.

– Согласен. Пойду. Но мы уже связались по радио с командованием военно-морских сил НАТО. Их корабли прибудут сюда со дня на день. И если меня не окажется в живых…

– Можешь не продолжать. Мы сохраним твою драгоценную жизнь. А сейчас бери светильник. Мисс Эвелина, мы попросим вас тоже пройти с нами.

– Да, это моя гражданская обязанность.

– Спасибо, мисс Эвелина! – Норма взяла журналистку под руку, и обе женщины медленно двинулись по берегу бухты.

Курт обернулся к Денису.

– Слушай, Крымов, я все-таки хочу с тобой поговорить. Эта женщина… Меня не интересуют ваши отношения. Но сам понимаешь, убийство есть убийство, и если дело дойдет до суда…

– Не о чем нам с тобой говорить, – перебил его Денис. – Иди вперед. Спину я тебе не подставлю.

Так миновали они весь путь до пещеры, но как только вошли в первый грот, женщины отступили назад, а Денис сказал:

– Теперь иди один, так, как сделал бы это на месте Ганса с тем же самым освещением. Только дай-ка я добавлю угольков, – Денис вышел к костру, наполнил банку крупными горящими углями и вернул ее Курту. – Ну, двигай! Можешь идти куда угодно, обшаривать любой угол. Найдешь золото, забирай с собой. И вообще – делай, что хочешь, мы тебя пальцем не тронем, будем идти сзади, чуть поодаль.

Немец потоптался на месте, обвел взглядом темные каменные своды.

– Нечего мне делать в этих катакомбах.

– А золото?

– Так вы мне и отдадите его!

– Найдешь – возьмешь.

– Никуда я больше не пойду! Норма отстегнула нож от пояска.

– Но я еще раз предупреждаю, я установил радиосвязь…

– Ясно. Иди-иди!

Курт медленно, тщательно высвечивая каждый шаг, двинулся вперед. Скоро он пересек грот, миновал боковой проход, ведущий в жилые помещения, вошел в центральный туннель и, убедившись в прочности его сводов, направился к провалу. Все молча следовали за ним.

Немец сделал еще несколько шагов и остановился. Тьма окружала его теперь со всех сторон, небольшой круг света только усиливал черноту подземелья. Он оглянулся назад.

Хватит, что ли?

Как хватит? – отозвался Денис,- Разве Ганс остановился бы на этом? Ему нужно было найти золото или, по крайней мере, наши жилые помещения. Ищи и ты!

Проклятье! – Курт сплюнул и двинулся дальше. Однако движения его становились все нервнее, все неувереннее. Время от времени он останавливался, поднимал светильник вверх. Но в красноватом свете углей, выхватывающем из мрака круг не больше метра в диаметре, поблескивали лишь гладкие стены туннеля.

К черту! Никуда я дальше не пойду. Плевать мне и на Ганса, и на ваши фокусы. Выпустите меня отсюда!

Норма вышла на освещенную часть туннеля, пронзила немца ненавидящим взглядом.

– Забыл, как я дважды угостила тебя камешком? Лицо Курта перекосилось от бессильной злобы.

– Так что вы наконец от меня хотите?

– Иди, как шел!

Курт снова чертыхнулся, однако схватил светильник и зашагал дальше.

Прошло еще несколько томительных минут. Но вот под ногами зашуршала каменистая осыпь. До провала осталось не больше десяти метров. Денис сократил расстояние между собой и немцем, пошел за ним почти вплотную.

В свете углей было видно, что тот сильно нервничал, И шел теперь, стараясь прижаться к одной из стен, еле переставляя ноги.

Денис пристально всматривался в пол туннеля. Свет углей выхватывал детали, отсчитывающие расстояние до провала. Вот блеснула знакомая глыба туфа, за ней – С-образная расселина – до бездны осталось не больше двух шагов. Но светильник не позволял еще рассмотреть никакой опасности.

– Стой! – крикнул он немцу. Тот послушно остановился.

– Теперь подними светильник и вытяни руку вперед.

Немец осторожно выставил банку на расстояние вытянутой руки и тут же отпрянул назад.

– Там пропасть!!!

– Да, пропасть. И не каждого предупреждают здесь об этом.

– Значит, Ганс…

– Сам видишь, что произошло с Гансом. Только кто послал его сюда?

Теперь все трое встали поперек туннеля, не давая немцу сделать и шагу назад. Он прижался к стене, судорожно вцепился руками в каменный выступ. Его била нервная дрожь.

– Я не знал… Я не думал…

– Не думал?! – Норма приблизилась к нему почти вплотную. Ноздри ее тонкого носа трепетали от сдерживаемого гнева. – Ты думал только о том, как прикончить нас?

– Не правда! Верьте мне, мисс…

– Миссис Крымова, урожденная мисс Томпсон.

– Мисс Томпсон?!

– Да, родственничек. Я ношу ту же фамилию, что и твой папаша. Мой отец был двоюродным братом этого негодяя. И это он, твой отец, упрятал нас сюда, чтобы похитить наше состояние, которое, как я слышала, собираешься наследовать ты.

– Но я ничего этого не знал. Да знай я, что у меня такая родственница, я бы… я бы…

– Что ты бы? Что ты мог бы мне предложить за смерть моих отца и матери, за те ужасные три года, которые украдены из моей жизни? Разве что пойти сейчас следом за этим профессиональным убийцей, этим Гансом? Ну! – она подтолкнула немца к пропасти.

Курт сжался. Глаза его округлились от ужаса.

– Мисс Томпсон, пощадите! Пощадите, молю вас! Вы говорите, мой отец… Какой он мне отец! Да я сам бы… Мисс Томпсон, ради всего святого…- немец сполз на землю, пытаясь коснуться губами ступней Нормы. Она брезгливо попятилась.

– Прочь, ничтожество! «Ради всего святого»! Разве есть у тебя что-нибудь святое, кроме того свертка, который ты прячешь!

Немец торопливо затолкал подальше высунувшийся из-под куртки бумажный пакет, который, как знал Денис, прежде хранился у него в чемодане.

– Ну-ка, дай его сюда! – усмехнулась Норма. Немец схватился за пакет обеими руками.

– Мисс Томпсон!

– Миссис Крымова! – поправила Норма.

– Миссис Крымова! Оставьте мне это! Ну зачем вам эти бумажки? А для меня в них вся жизнь.

– Вот я и хочу взглянуть на эту «жизнь», купленную ценой смерти,- она выхватила у немца пакет, подбросила его на руке.- За сколько же серебренников отправил Джордж Томпсон своего брата на тот свет?

– Миссис Крымова, это большой капитал. Очень большой! И если вы считаете, что Джордж Томпсон обидел вас своим завещанием, – верьте, я не знал этого, я готов поделиться с вами. Сегодня же мы обсудим этот вопрос, и я надеюсь…

– Что ты предлагаешь? Хочешь делиться со мной этими грязными деньгами? Да мне мерзко держать их в руках! – Норма взмахнула рукой, и пакет полетел в пропасть.

– Что вы делаете?! – вскричал немец, бросаясь почти к самому краю бездны. Да теперь я…

– А теперь ты – вон отсюда!

– Но это же деньги!!! М-р Крымов! Мисс Эвелина! Что же это? Что вы все смотрите! Ведь там, в этом пакете…

Эвелина молча отвернулась. А Денис указал рукой на выход из пещеры:

– Ты слышал, что тебе сказали!