Конец легенды

Корчагин Владимир Владимирович

Глава пятая

 

Солнце успело подняться почти к зениту, когда, совершенно обессиленные, измученные страхом и жаждой, они почувствовали наконец под ногами дно и, бросив доску, выбрались на узкую полоску пляжа.

Денис повалился на теплый влажный песок и несколько минут лежал без движения, без мыслей, наслаждаясь лишь покоем и сознанием полной безопасности. Но внутри, казалось, все горело от нестерпимой жажды. Нужно было подумать о воде. Он заставил себя подняться, шагнул к лежащей ничком Эвелине.

– Ну, как вы?

– Пить… – прошептала девушка, не открывая глаз.

– Сейчас попробую найти воду. – Денис сбросил намокший пиджак, ботинки, окинул взглядом незнакомый берег. Пляж приютившего их островка вытягивался узкой серповидной полосой и замыкался небольшим обрывом, выше которого угадывались пологие холмы, поросшие лесом.

Денис поднялся на обрыв и, чутко прислушиваясь, направился к небольшой лощине, густо поросшей травой и кустарником. Лощина была бессточной, и опытный взгляд геолога сразу определил, что здесь должна быть вода. Действительно, не прошел он и трехсот метров, как ноги начали тонуть в мочажине, а чуть дальше блеснуло небольшое озерко воды.

Денис жадно прильнул к ней губами. Вода была теплой, невкусной, очевидно, скопившейся здесь после дождей. Но сейчас было не до выбора. Напившись сам, он свернул из плотных листьев какого-то незнакомого растения кулек и, наполнив его водой, пошел обратно к Эвелине. Но не успел сделать и нескольких шагов, как услышал за спиной жалобное повизгивание.

Что бы это могло быть? Денис обернулся, посмотрел по сторонам. Визг послышался громче. Он доносился из зарослей колючего кустарника, росшего по краям мочажины.

Денис возвратился к озерку и скоро увидел, что в самой гуще зарослей, там, где они сплетались особенно плотно, запуталась в колючках маленькая рыжая обезьянка. Крохотная сморщенная рожица ее скривилась от боли. Глаза с отчаянием смотрели на Дениса. Ему показалось даже, что в них блестят слезы.

– Ах ты, горемыка несчастная! – он протянул к обезьяне свободную ладонь, но тут же отдернул руку, уколовшись об острый шип.

– Н-да, основательно ты попалась!

Бросив кулек с водой, Денис попытался осторожно развести кусты. Однако упругие стебли стояли сплошной стеной. А обезьянка подняла теперь такой визг, будто острые шипы пронзили ее насквозь.

– Вот задача! Как же вызволить тебя? – Денис попробовал воспользоваться сухой корягой – снова ничего не получилось. И вдруг вспомнил, что в кармане у него был нож. Только не выпал ли он в океане?

Денис поспешно ощупал карманы брюк. Нож был на месте.

– Порядок! Теперь я выручу тебя! – он очистил нож от соли и принялся крушить зеленую стену.

К счастью, кусты резались легко. Маленькая пленница выбралась из западни и, присев у воды, принялась зализывать царапины на животе.

– Гм… Не пуганая! – Денис спрятал нож, подсел ближе к обезьяне. – Теперь дуй! Дуй, говорю, а я пойду. У меня там еще одна страдалица.

Но обезьянка продолжала сидеть на месте, смешно сморщив нос, искоса поглядывала на Дениса. Потом вдруг прыгнула ему на плечо и лизнула в щеку.

– Ну-ну! – непроизвольно отстранился Денис. Но обезьяна уже соскочила на землю и в одно мгновение скрылась в лесу.

– Забавно! – Денис потер щеку, с улыбкой покачал головой.- Вот забавно! – он снова наполнил кулек водой и поспешил к Эвелине.

К удивлению Дениса, она уже встала, успела освободиться от жилета, отжать платье и теперь стояла у самой воды, стараясь привести в порядок прическу.

Денис протянул ей кулек.

– Вот, попробуйте. Не очень свежая, правда…

– Вода?! – она схватила кулек обеими руками и жадно, большими глотками, выпила все, до последней капли. – Благодарю вас.

– Хотите еще?

– Нет, достаточно. Скажите лучше, что это за остров, где он, и что, по-вашему, нас здесь ожидает?

– Столько вопросов сразу? – улыбнулся Денис – Журналист всегда остается журналистом. Но я должен разочаровать вас. Я не знаю, как называется остров, не знаю, где он расположен, и тем более не знаю, что нас здесь ждет. Единственное, что я могу сказать, это то, что остров невелик, по-видимому, необитаем, и, судя по тому, что здесь есть вода, растительность и кое-какая живность, на нем можно жить.

– Можно жить? Вы что, хотите, чтобы мы стали новыми робинзонами?

– К сожалению, теперь мало что будет зависеть от наших желаний. А в порядке утешения могу добавить, что остров лежит, должно быть, неподалеку от трассы кораблей, курсирующих между Европой и Америкой, ведь катастрофа произошла неподалеку отсюда, и потому можно надеяться, что в скором времени мы увидим какое-нибудь судно и дадим ему знать о нашем бедственном положении.

– Дадим знать, как?

– Ну, хотя бы столбом дыма.

– Едва ли современный капитан заинтересуется каким-то столбом дыма.

– В принципе вы правы. Но после такой катастрофы, о которой скоро узнает весь мир, дым на необитаемом острове, лежащем вблизи места взрыва…

– Да, в этом есть резон… Ой, смотрите, человек!

Денис обернулся и увидел, что по склону холма к ним в самом деле направляется молодой мужчина со стройной атлетической фигурой и умным волевым лицом. На нем была светлая кожаная куртка, в одной руке он держал небольшой плоский чемодан, в другой спасательный жилет. И этот пробковый жилет, и сильно помятые брюки незнакомца ясно свидетельствовали, что перед ними еще одна жертва катастрофы. Вдруг Эвелина заметно побледнела.

– Боже, и он здесь…

Денис уловил в ее глазах тревогу.

– Вы знаете этого человека?

– Да… Это мой знакомый из ФРГ, Курт Томпсон. Вот уж не думала…

Между тем, мужчина сбежал с обрыва и, подойдя к ним, радостно улыбнулся.

– О, мисс Эвелина! Какая неожиданная встреча! Какое счастье видеть вас живой и невредимой!- воскликнул он на английском языке с сильным немецким акцентом.

– Нимало этому не удивляюсь,- ответила журналистка со странной саркастической усмешкой.

Но Курт, казалось, не обратил на это ни малейшего внимания:

– А я, еще когда подплывал к острову, подумал: вот если бы… Очень, очень рад видеть вас, дорогая Эвелина. И вас тоже, м-р…

Денис назвал себя, пожал руку незнакомца.

– Очень, очень приятно! – продолжал тот с обворожительной улыбкой. – Вы что же, только что выбрались на берег? Оба сразу?

– Да, всего с час назад. Мы встретились с Эвелиной еще ночью, в океане. Это такая удача, что катастрофа произошла неподалеку от острова.

– Но остров необитаем, вы знаете? Я выбрался сюда еще утром, успел подняться на один из холмов – нигде ни хижины, ни струйки дыма.

– Я так и предполагал.

– Словом, «спаслись», что называется – из огня да в полымя,- горько усмехнулась журналистка.

– Ну, не скажите, мисс Эвелина, – возразил Курт. – Все-таки это в высшей степени оригинально, высадиться в наше время на необитаемом острове, оказаться в положении, так сказать, колумбов неведомой земли.

– Я не думаю, чтобы она была слишком уж неведомой,- заметил Денис.- Как может быть никому не известным остров, лежащий в самой оживленной части Атлантики? Нет, наверное, капитана, которому он не намозолил бы глаза.

– Это не меняет сути дела. Факт тот, что остров не принадлежит никакому государству. Иначе здесь был бы флаг или какой-то иной атрибут государственной принадлежности. И я думаю даже, не выступить ли мне в роли первооткрывателя этого островка, подарить своей родине, так сказать, заморское владение, коль скоро судьба позволила мне первым ступить на его девственные берега. Согласитесь, не каждый день случаются в наши дни подобные события. Надеюсь, вы не будете возражать против этого моего маленького каприза?

– Сделайте одолжение! – усмехнулся Денис.

– В таком случае, я с радостью приглашаю вас быть гостями острова Бисмарк, как я хочу его назвать.

– Вот как! И может быть, предложите нам место в отеле и прикажете подать завтрак? – съязвила Эвелина.

– Нет, этого пока я сделать не смогу. На острове нет даже флага моей родины, мне не из чего его сделать. Но мысленно, в душе, я готов представить вам все блага, какими может располагать гостеприимный хозяин.

– Мы очень благодарны вам, уважаемый «хозяин». Но от мысленного гостеприимства сыт не будешь, – вздохнула журналистка.- Кстати, Курт, что у вас в чемодане? Если конфеты или шоколад, я играю с вами.

– К сожалению, мисс Эвелина, там нет ни конфет, ни шоколада. Но есть известные вам ценные бумаги, которые позволят мне, как только доберемся до Штатов, засыпать вас самыми дорогими конфетами.

– О-о!

– Да-да! Вы знаете, зачем я еду в Америку, м-р Крымов? – продолжал Курт доверительным голосом. – Я еду, чтобы вступить во владение наследством, которое оставил мой покойный папочка и которое исчисляется циферкой с шестью нулями. С шестью нулями! Экая, черт возьми, душещипательная суммочка! Даже самому не верится, что придется распоряжаться таким капиталом. И то, что я являюсь владельцем этого богатства, подтверждают документы, лежащие здесь, в чемодане. Теперь понимаете, что скорее я мог утонуть сам, чем потерять свой чемодан.

– Как же вы выбрались из тонущего корабля и так удачно, на несколько часов раньше нас оказались здесь? – поинтересовалась журналистка.

– Стоит ли вспоминать эти грустные часы, мисс Эвелина? Тем более, что, как вы знаете, люди в такой обстановке ведут себя отнюдь не лучшим образом. Пришлось поработать и языком и кулаками…

– Да уж можно себе представить.

– И не пытайтесь, мисс Эвелина. Толпа всегда страшна. Стократ страшней толпа, объятая паникой. И если б не моя сила… Зато теперь…

– А теперь я хотела бы иметь хоть одну единственную конфеточку из той горы, какой вы обещали меня засыпать, – вздохнула журналистка.

– Да я и сам не прочь бы пожевать чего-нибудь,- признался новоиспеченный миллионер. – Но увы… Вот если бы тот ресторанчик, помните, мисс Эвелина, на верхней палубе, за плавательным бассейном?

– Да хоть бы тот буфет с бутербродами и кока-кола, – подхватила американка.

– Ну, вот что, – решительно заключил Денис,- сейчас не время предаваться воспоминаниям и мечтать о несбыточном. Пусть Эвелина отдохнет, а мы с вами, Курт, пойдемте поищем чего-нибудь съестного. Не может быть, чтобы на всем острове ничего не нашлось.

– В самом деле, мальчики, идите поищите, ведь скоро сутки, как мы постимся.

– Я был бы счастлив что-нибудь сделать для вас, дорогая Эвелина, – ответил Курт вдруг потускневшим голосом.- Но сейчас я совершенно не в состоянии двигаться. Повредил ногу, знаете, и вот… – он со стоном опустился на замшелую корягу.

– Что-нибудь серьезное? – наклонился к нему Денис.

– Нет, пустяки. Спускался сейчас с холма и оступился на камне. Пройдет, конечно. Но пока, сами понимаете…

– Да, лучше не рисковать,- согласился Денис.- Ждите меня здесь оба. А я схожу, посмотрю, что и как. Если появится кто-нибудь еще из пассажиров лайнера, пусть ждет тоже. Ну, а если – мало ли что может быть! – придет вдруг помощь, не спешите отчаливать,

– Не беспокойтесь, м-р Крымов, вас здесь не оставим!