Почему Путин боится Сталина

Мухин Юрий Игнатьевич

Глава 5

Экономика Сталина

 

 

О пользе русских слов

Уже несколько веков тупая часть нашей, так сказать, интеллигенции для придания некой умности своей болтовне натащила в русский язык иностранных аналогов русских слов и своей настырной болтовней именно этих слов вытеснила из языка русские слова. Кроме этого, открывались новые явления, требовались новые слова для этих явлений, но эта наша тупая интеллигенция не была способна образно представить себе суть этих новых явлений, соответственно не была способна сконструировать описание этой сути понятиями русского языка. Посему тупо переносила название новых явлений из иностранного языка. Это даже видно. Если были в России талантливые физики-электротехники, то в физике еще встречаются понятные и русскому человеку термины «ток», или «напряжение», или «сопротивление». А если расцвет химии пришелся на повторятелей заграничных истин, то и термодинамика забита энтропиями и энтальпиями.

Зачем нам в русском языке греческие слова «экономика» и «экономист», если у нас есть свои слова «хозяйство» и «хозяин»? А затем, что хозяйство немыслимо без хозяина, и когда в хозяйстве возникает бардак, то сразу же возникает вопрос: а куда смотрит хозяин? А если сегодня в экономике России бардак, то тогда кто виноват? А кто ж его знает? Президент и премьер — исключительные молодцы, академики-экономисты — умнее не придумаешь. Разве они виноваты? Народ виноват, пьяницы, паньмаш, ну и так далее.

Или слово «философ» — человек, осмысливающий явления природы и жизни и находящий связи между ними. Ну, почему было не назвать его по-русски «ос-мысливатель»? И начало бы такое чмо рассуждать про величие Гегеля и Канта, спросить его — а ты-то что сам осмыслил?

Культура — это сумма знаний, накопленных человечеством. Так при чем тут те, кто у нас называет себя «культурными людьми»? Это же скоморохи-развлекатели. Нет, скомороху, конечно, нравится, когда его называют работником культуры, но народу-то зачем вводить себя в заблуждение ради этих скоморохов??

Вот зачем нам слово «план»? У нас что, не было русского слова «замысел»? Что — Госплан звучало умно, а Государственный комитет по хозяйственным замыслам (Госзамысел) — глупо? Нет, не глупо. Просто использование этого русского слова без словаря наталкивало на мысль, кто же это у нас хозяин, и каких это он мыслителей набрал себе в свой штаб, успехи народного хозяйства замысливать? К тому же, используй мы это свое родное слово, как можно было отказаться от народного хозяйства хозяйственных замыслов в пользу безмозглого народного хозяйства — хозяйства без хозяина? Тут бы даже тупой интеллигент задумался. А от плановой экономики в пользу рыночной отказаться? Да запросто! И отказались.

 

О плановости И альтернативе плановости

Есть у нас в России одна маленькая штучка, называется «Президент Российской Федерации». Интересна она тем, что даже зачатками здравого смысла никак нельзя объяснить, на кой черт эта штучка нужна России. Но, предположим, что на этом месте у России появится хозяин… Поскольку русский язык сейчас мало кто знает, особенно в интеллигентных кругах, то, чтобы было понятнее, напишу по-иностранному — предположим, что на этом месте у России появится экономист.

Чтобы понять, нужен ли России на месте президента хозяин, зачем он нужен, и мог бы хозяин предотвратить кризис конца 10-х, давайте мысленно уменьшим Россию до размеров старозаветного средневекового крестьянского двора. Тогда на этом дворе много чего не было, что есть сегодня, но, безусловно, был хозяин. Причем не то что не кандидат экономических наук, но даже и не выпускник школы менеджеров. И, прямо скажем, совсем не интеллигент.

Представим себе конец зимы, долгий вечер, он сидит и думает: «Детей у меня пока четверо, жена, да я сам — шестой. Чтобы не голодать, надо в год 20 пудов хлеба на рот, итого 120 пудов. Да на одежду, инвентарь, то-другое потребуется рублей 60. Если Бог даст, то цена на хлеб не упадет ниже 1,5 рубля за пуд, а значит, чтобы выручить 60 рублей, надо еще 40 пудов, да на еду 120, итого 1 60 пудов. Если Бог дождичка пошлет (а судя по зиме, то может и послать, наверное, пошлет), то урожай надо ожидать, пожалуй, сам-десят, то есть по 60 пудов с десятины. На семена 6 пудов, тогда на еду и товарного зерна с десятины останется 54 пуда, а мне надо 1 60. Это значит, что три десятины под хлебом надо иметь. Да, пожалуй, хоть половину десятины, а овсом надо засеять. Будет овес, следующей зимой схожу с лошадью в извоз, все лишняя копейка… Зима снежная, пожалуй, луга хорошо зальет, сена пудов 300 возьму, да солома будет, телку, видимо, резать не придется, пусть на следующий год простоит, корова старая, менять надо… Три с половиной десятины я и сам вспашу и засею за две недели, старшому 12, пособит. Так что людей в помощь нанимать не придется…» И так далее, и тому подобное.

Как назвать то, чем занимается этот крестьянин? Что он делает? Думает? Мечтает? Фантазирует? Нет. Он планирует! (Правда, если уж быть точным, то по-русски планирование называлось «замыслом».) Никакое хозяйство невозможно без планирования, если во главе хозяйства не стоит идиот!

Тогда в чем же был смысл тех «рыночных отношений», которые у нас сегодня? В учреждении безмозглости — в ликвидации планирования! В тупой, административной, насильственной ликвидации осмысленности народного хозяйства! Если продолжить выбранную модель сегодняшним состоянием дел в России, то модель будет иметь такой вид.

Хозяин умер, и бедная вдова крестьянина, которую уже некому и кнутом отстегать, сварила себе порцию щей, сидит ожидает «спроса на рынке». Прибегает один ребенок: «Мама, кушать хочу». «Ага, — размышляет жена крестьянина, — появился спрос на рынке. Надо еще порцию варить». А потом следующий ребенок бежит, потом еще один. Жена каждый раз радуется: спрос на «свободном рынке растет»! Естественен вопрос: что, эта вдова баллотируется в академики РАН или у нее от горя «крыша поехала»? Почему она не пересчитает свою семью и сразу не сварит пять порций? Кому в данном случае нужны этот «спрос на рынке» и эти «свободные рыночные отношения»?

У нас не популярен Ли Якокка — у нас сейчас совсем другие герои. А между тем в 1986 году он по опросам общественного мнения занимал в США второе место по популярности после президента Рональда Рейгана и был его яростным критиком. Это, впрочем, никак не помешало Якокке и в 1987 году опять войти вместе с Папой Римским в десятку самых почитаемых в Америке людей. Ли Якокка — реальный хозяин реальной экономики. Сначала он возглавлял «Форд Мотор Компании», а затем поставил на ноги обанкротившуюся корпорацию «Крайслер». Это человек, который не учил других, как управлять экономикой, а сам успешно управлял промышленными империями, от благосостояния которых зависела жизнь нескольких миллионов граждан США.

Сам себя он считает убежденным капиталистом и принципиальным поборником свободного предпринимательства. «И я вовсе не хочу, чтобы правительство вмешивалось в деятельность моей компании, а если на то пошло, и всякой другой компании, — писал он. Но тут же добавлял: — Почти все восхищаются японцами, их ясным видением будущего, налаженным у них сотрудничеством между правительством, банками и профсоюзами, их способностью использовать свои преимущества для неуклонного движения вперед. Но как только кто-нибудь предлагает следовать их примеру, в воображении возникает образ Советского Союза с его пятилетними планами.

Между тем государственное планирование отнюдь не должно означать социализм. Оно означает лишь наличие продуманной стратегии, сформулированных целей. Оно означает согласование всех аспектов экономической политики вместо разрозненного их выдвижения по частям, вместо негласной разработки их людьми, преследующими лишь свои узкогрупповые интересы.

Можно ли считать планирование антиамериканским понятием? Мы у себя в корпорации «Крайслер» ведем большую плановую работу. И так же действует любая другая преуспевающая корпорация. Футбольные команды планируют. Университеты планируют. Банки планируют. Правительства во всем мире планируют. Исключение составляет лишь правительство США.

У нас не будет прогресса, если мы не откажемся от нелепой идеи, будто всякое планирование в масштабе страны представляет собой наступление на капиталистическую систему. Эта идея внушает нам такой страх, что мы остаемся единственной развитой страной в мире, не имеющей своей промышленной политики».

Эти строки Ли Якокка написал в конце 80-х, я в это время работал в Казахстане, и там 9 июня 1994 года Президент Казахстана Назарбаев радостно заявил парламенту: «СССР ведь был сотворен на двух становых хребтах — плановой экономике и тоталитарной политической системе. И то и другое разрушено…» Какой молодец!

Наиболее известным лауреатом Нобелевской премии по экономике является В.В. Леонтьев — американский экономист русского происхождения. Эту премию он получил за разработку способов планирования капиталистической экономики. В начале перестройки он приезжал в СССР, просил, убеждал, уговаривал: «Не трогайте Госплан и Госснаб, не разрушайте то, что кормит и содержит страну!» Но кто мог его слушать?

Осенью 1991 года в Москве, в Академии труда и социальных отношений, состоялся советско-американский симпозиум, на котором были и японцы. Японский миллиардер Хероси Теравама в ответ на разглагольствования о тогдашнем «японском чуде» сказал: «Вы не говорите об основном. О вашей первенствующей роли в мире. В 1939 году вы, русские, были умными, а мы, японцы, дураками, а в 1955 году мы поумнели, и вы превратились в пятилетних детей. Вся наша экономическая система практически полностью скопирована с вашей, с той лишь разницей, что у нас капитализм, частные производители, и мы более 15 % роста никогда не достигали, вы же при общественной собственности на средства производства достигали 30 % и более. Во всех наших фирмах висят лозунги сталинской поры».

В условиях кризисной экономики Бразилии производство компании Semco, принадлежащей Рикардо Семлеру, выросло с 4 до 35 миллионов долларов без цента кредитов! Производительность труда на фирме по общей выручке подскочила почти в 9 раз, а по добавленной стоимости — в 6,5 раза. Впечатляет? The Wall Street Journal назвал Рикардо Семлера бизнесменом года еще в 1990 году, Семлер был дважды назван бразильским бизнесменом года. Сейчас он переехал в США и преподает в Гарвардском университете, читает лекции в бизнес-школах мастер-класса, а его фирма Semco за это время увеличила свой доход до 1 60 миллионов долларов! Неплохо? В своей книге он пишет:

«Нет, я не выпускник Российского университета дружбы народов им. Патриса Лумумбы…» — но: «что касается планирования, мы в конечном счете оставили лишь два документа: полугодовой и пятилетний планы. Да, я помню доводы против пятилетних планов: Советский Союз использовал их, и посмотрите, чем это закончилось. Но когда мы смотрим на пять лет вперед, у нас есть возможность спросить себя, хотим ли мы присутствовать на конкретном рынке, должны ли мы отказаться от какой-то продукции, нужен ли нам новый завод, и прочие подобные вопросы. Поэтому пятилетний прогноз жизненно важен».

Заметьте, о необходимости планирования пишут не замшелые марксисты или неудачники-предприниматели, а успешные капиталисты! Почему? Причина аж кричит: любой руководитель, который принимает на себя всю ответственность за порученное ему дело: а) оценивает это дело, б) решает, как его лучше и с наименьшими затратами исполнить и в) делит дело между своими структурными подразделениями (министерствами). Это и есть планирование! И это везде, в любом хозяйстве, на любой фирме. У американцев даже поговорка есть: «If you fail to plan, you plan to fail, — если у вас провал с планированием, то вы планируете провал».

Эти капиталисты не социализма хотят, они хотят, чтобы правительства РУКОВОДИЛИ страной! Чтобы ИСПОЛНЯЛИ СВОЙ ДОЛГ руководителей!

Люди у власти у нас и в США учредили БЕЗМОЗГЛУЮ ЭКОНОМИКУ. Они не понимают этого? Не могут не понимать! Тогда почему они не руководят хозяйствами (экономикой) своих стран? Ответ один: чтобы не нести ответственность за последствия своего руководства! У вас есть еще какой-нибудь вариант ответа?

Тут же все просто. Представьте, что вы едете в автобусе и случилась авария. Кто виноват? Правильно — тот, кто рулил, шофер. А если вы, пассажиры автобуса, такие умные, что решили «сделать реформы необратимыми», а для этого рулить автобусом разрешаете автопилоту, что тогда? Тогда шоферу остается во время рейса или на горных лыжах кататься, или на тигров охотиться. А что же еще? Делать-то ему нечего! Не может же он вмешиваться в действия любимого вами автопилота? (Или, применительно к теме, «свободы предпринимательства»). И кто будет виноват в том, что автобус потерпел аварию? Правильно, автопилот! И вы всегда будете со своим автобусом сидеть в болоте, а шофер у вас будет считаться замечательным профессионалом.

Продвинутые читатели меня осудят и не согласятся, ведь наш дорогой президент прямо пишет, что он контролирует ситуацию, руководит, вмешивается в кризис: «Золотовалютные резервы и Стабилизационный фонд создавались именно для таких сложных периодов. И у нас есть возможность избежать валютного, банковского или долгового кризиса… за счет консолидации активов в различных секторах экономики (включая банковский сектор, розничную торговлю, строительство). Мы будем готовы принять необходимые меры и предоставить дополнительное финансирование на эти цели… Это повысит устойчивость нашего банковского сектора в целом, сделает его более привлекательным для инвесторов и вкладчиков». Правильно, Стабилизационный фонд — это деньги всего народа, а Медведев отдаст их тем самым спекулянтам, которые и вызвали этот финансовый кризис, чтобы они, бедные, и дальше продолжали летать не в первом классе «Боингов», а на персональных самолетах.

«А как же в Америке?» — не согласятся со мною оппоненты. А что «в Америке»? Там такие же «руководители страны», как и у нас. Только надо напрячь немного извилины и видеть то, что есть, а не то, что вам хотят «впарить». Вот и старый Ли Якокка опять видит не то, что вы все: «Буш поставил рекорд американских президентов всех времен по количеству дней отпуска — четыреста, и это еще не конец. Он предпочитает чистить конюшни на своем ранчо, лишь бы не заниматься правительственными делами. В одном интервью он даже сказал, что самым главным его достижением за период президентства стала поимка окуня на три с половиной килограмма в искусственном пруду на ранчо.

Не лучше обстоит дело и на Капитолийском холме. В 2006 году конгресс заседал всего девяносто семь дней. Это на одиннадцать дней меньше, чем в рекордном 1948 году, когда президент Гарри Трумэн изобрел термин «конгресс бездельников». Всех нас просто выгнали бы с работы, если бы мы работали так мало и так безрезультативно. Однако члены конгресса умудрились найти время, чтобы проголосовать за прибавку себе зарплаты».

В чем причина такого наглого, циничного отказа власти наших стран исполнять свои обязанности — руководить хозяйством? Причина теперь уже в нашей безмозглости — в том, что мы до сих пор не установили никакой ответственности за последствия «правления» избираемых нами во власть деятелей! Ну, ладно, книга-то о Сталине.

 

План и рынок

Промышленность и сельское хозяйство СССР производили товары. Обмен товаров происходит на рынке, следовательно, экономика СССР была рыночной. Но ею руководил хозяин — Сталин. Следовательно, это была экономика замыслов Сталина, а не безмозглая экономика им. Горбачева и его братьев по разуму.

Как действовал Сталин?

Начнем с того, что Советской власти, правительству большевиков и все явственнее становившемуся вождем советского народа Сталину нужно было найти пути экономического развития СССР. Прежде всего найти пути развития промышленности, которая при царе влачила жалкое состояние и без которой невозможно было и развитие сельского хозяйства. Но сначала надо было восстановить ту промышленность, которая была при царе и которая была разрушена в ходе Гражданской войны. Затем необходимо было стабилизировать рубль, затем надо было закупить заводы, станки и технологии за рубежом, а для этого нужны были либо кредиты, которых СССР не давали, либо ликвидный товар, который можно было бы продать за границу и получить валюту.

Таким товаром было в основном зерно, то есть то, что производили крестьяне.

И до поры до времени большевики не вмешивались в дела крестьян, не обращая внимания на то, как именно они организовывают обработку земли — индивидуально или коллективно (артелями). Правительство СССР ограничивалось только взиманием налогов, и было радо, что крестьяне (80 % населения СССР) обеспечивают себя по крайней мере продуктами питания.

Мало этого, в конечном итоге строительство промышленности СССР шло не только за счет взимания налогов с крестьян, но и за счет «ножниц цен» — за счет того, что цены на товары промышленности были очень высоки, а на товары сельского хозяйства — очень низки. Если говорить открытым текстом, то большевики не давали крестьянам получить справедливую цену за продукты. Не давали «маневром товарных масс». Делалось это так: правительство в виде налогов получало от крестьян продукты по установленным государством дешевым ценам, а потом этими продуктами маневрировало — сбивало ими цены на тех рынках СССР, на которых крестьяне пытались эти цены поднять. А промышленные товары государственных предприятий продавались очень дорого, в результате цены на промышленные товары в 20-х годах были в 1,7 раза выше, чем при царе, а цены на продовольствие, судя по всему, были раза в полтора ниже, чем при царе. Вот эта разница, называемая «ножницы цен», шла на закупку за границей промышленного оборудования для заводов СССР.

Правда, для крестьян цена на продовольствие не имела особого значения — оно у них было свое, а вот высокие цены на промтовары заставляли донашивать уже ношеное-переношеное. Надо отдать должное большевикам — они мало что скрывали от народа. На апрельском 1929 года Пленуме ЦК ВКП(б) И.В. Сталин говорил: «Кроме обычных налогов, прямых и косвенных, которые платит крестьянство государству, оно дает еще некий сверхналог в виде переплат на промтовары и в виде недополучек по линии цен на сельскохозяйственные продукты…

Можем ли мы сейчас уничтожить этот сверхналог? К сожалению, не можем. Мы должны его уничтожить при первой возможности в ближайшие годы. Но мы его сейчас не можем уничтожить… Это есть «нечто вроде дани» за нашу отсталость. Этот сверхналог нужен для того, чтобы двинуть вперед развитие индустрии и покончить с нашей отсталостью…

Посилен ли этот добавочный налог для крестьянства? Да, посилен. Почему?…У крестьянина есть свое личное хозяйство, доходы от которого дают ему возможность платить добавочный налог, чего нельзя сказать о рабочем, у которого нет личного хозяйства и который, несмотря на это, отдает все свои силы на дело индустриализации».

Итак, за счет крестьян в СССР ввозились из-за границы станки для строительства станков для производства товаров народного потребления — строились заводы тяжелой промышленности. В этот период товаров на рынке не было, и единственным путем выжить стало тугое затягивание поясов и терпение.

Но вот оборудование в СССР ввезено, нужно его устанавливать и запускать. Но где взять рабочих? Основная масса граждан СССР это крестьяне, более того, с очень низкой производительностью труда. К началу 30-х годов товарность сельского хозяйства СССР упала до 37 %, т. е. двое крестьян едва могли прокормить одного горожанина. И вызвано это было, между прочим, и тем, что революция ликвидировала помещичью собственность на землю, а за счет этого резко увеличилось число крестьянских хозяйств: с 1 6 млн в 1913 году, до 25 млн в 1929-м. Как возьмешь рабочих из деревни, если в деревне едва себя кормят?

Нужно было увеличить производительность труда в сельском хозяйстве, и развитие техники уже позволяло это сделать — можно уже было начинать механизацию сельского хозяйства. Но кому в деревне дать технику?

Крестьянский двор трактор купить не сможет.

Крестьяне могут организовать кооператив, сброситься деньгами и купить трактор, скажем, на 10 дворов. Дневная производительность их труда резко возрастет, но годовая останется та же. Ведь от земли крестьянин все равно не сможет уйти, следовательно, промышленности от кооперации сельского хозяйства нет никакого толку: притока рабочих рук в город все равно не будет.

Идеологически неприемлемый выход — вернуть землю помещикам — был неприемлем не только по идейным, но и по государственным соображениям. Да, помещик, забрав у крестьян землю и купив трактор, оставил бы у себя только одного крестьянина из 5, а остальных выгнал бы в город. А куда их здесь, в городе, деть? Ведь рабочие должны поступать на предприятия в строго необходимом количестве — в таком, которое требуют уже построенные предприятия. А они от помещика повалят валом, ведь помещику плевать на то, построены в городах заводы или еще нет.

Поэтому единственным экономическим путем для СССР был путь коллективизации сельского хозяйства, причем с опорой на артели, на колхозы — коллективные хозяйства. Крестьяне сами эти колхозы организовывали и сами ими руководили, для этого они сдавали в колхоз, в общее пользование сельхозинвентарь, тягловый и часть продуктивного скота, избирали себе руководителей и начинали вместе работать. При этом производительность труда резко возрастала как за счет разделения труда, так и за счет обработки земли машинами, которые предоставляло государство.

И такой рост производительности труда в сельском хозяйстве не приводил к вспышке безработицы в городе, поскольку как бы мало крестьянин ни работал на селе, но он в колхозе был при деле и не голодал. Чтобы в начале коллективизации сельского хозяйства быть членом колхоза, надо было отработать в нем всего лишь не менее 60 дней в году, и даже в 1947 году эта норма была всего лишь 100 дней для женщин и 150 для мужчин. То есть крестьянин уходил в город только тогда, когда там появлялось рабочее место, а до этого он худо-бедно, но жил дома — на селе.

Посмотрите, как осмысленно действовали большевики! Они сначала в 20-х годах развили промышленность в городах, т. е. создали рабочие места, а уж потом начали коллективизацией в начале 30-х годов повышать производительность труда в сельском хозяйстве, заполняя рабочие места в городе высвободившимися из сельского хозяйства крестьянами. Повторю, люди переходили из деревни в город не в очереди на биржи труда, а только тогда, когда в городе для них появлялось рабочее место. В течение жизни одного поколения половина населения страны перешла из села в город без малейших экономических эксцессов!

Но и это не все.

Надо понять, как Сталин развивал промышленность в СССР. Промышленность не может работать без покупателя. Созданный ею товар должен быть куплен, иначе она не в состоянии произвести следующий. Чем больше покупают, тем быстрее развивается, растет промышленность. Если покупатели берут только половину продукции, произведенной станком, нет смысла, а главное, денег покупать второй станок. Но если покупатели продукцию этого станка забирают всю и еще хотят и могут купить, то есть смысл покупать второй станок, и есть деньги на него.

Еще раз. Обратите особое внимание! Чтобы промышленность развивалась и давала все больше и больше товаров, ей нужен покупатель!

Если кто-либо хочет развить свою промышленность, ему нужны не инвестиции, не займы, не надо ходить по миру с протянутой рукой, а нужно позаботиться о покупателях для своих товаров. Сталин это понимал и рассматривал несколько путей поиска покупателей для промышленности СССР — путей развития рынка СССР.

Например, прусский, предусматривающий аннексию какой-либо страны, создание препятствий для ее промышленности и за счет ее рынка, ее покупателей развитие собственной промышленности.

Или английский путь. Захват колоний и использование их рынка для развития промышленности метрополии.

Разумеется, эти пути не подходили Советскому Союзу, и Сталин выбрал американский путь развития промышленности. Это путь развития собственного рынка, создание покупателей прежде всего внутри собственной страны.

Вспомним, как Генри Форд, основатель автомобильной индустрии США, создавал себе покупателей. Он взял и стал платить рабочим своих заводов невиданную по тем временам зарплату — 5 долларов в день — и этим спровоцировал профсоюзы в других отраслях на требования по повышению зарплаты. Когда его разъяренные коллеги-капиталисты выплеснули свое негодование, он вполне резонно возразил им: «А кто будет покупать мои автомобили?» Чтобы увеличить производство чего-либо, нужно сначала дать деньги покупателю. Создав средний класс, класс людей, для которых покупка автомобиля стала обычным делом, США развили свою автомобильную промышленность.

А у Сталина начиная с 30-х годов стали вводиться в строй тысячи заводов и фабрик. Они были готовы давать продукцию, но кому? Где покупатели?

Я чуть выше написал, что в 20-х годах государство получало от крестьян налоги зерном по очень низким ценам, но теперь, в начале 30-х годов, цены на продовольствие были резко подняты, чуть ли не в 10 раз. А что означает с финансовой (денежной) точки зрения такое повышение цен на продовольствие? Это означает, что кому бы государство ни платило деньги, — рабочему, врачу, офицеру или работнику санатория, — но в конечном итоге та масса этих денег, которая шла на село — крестьянам, особенно колхозникам, — возросла на порядок. И этой финансовой мерой государство резко, практически на порядок, подняло благосостояние крестьян, сделав их главными покупателями страны, создав из них рынок для промышленности. Чтобы покупать дорогие продукты, росла зарплата и промышленных рабочих, вслед за ней и цены на промышленные товары, но не очень сильно. Скажем, в 191 3 году шерстяной мужской костюм стоил 40 рублей, а в конце 40-х годов — 75 рублей.

Однако поднять цены на продовольствие в 10 раз мало, ведь нужны и деньги, чтобы по этим ценам купить. И большевики в 1930 году включают печатный станок и допечатывают за один год денег на 1,5 млрд рублей, хотя до этого с 1922 года их было напечатано всего 2,9 млрд.

Да, по отношению к хлебу или мясу рубль резко обесценился, в 1913 г. килограмм белого хлеба стоил в Москве 1 3 коп., а в 1940 г. — 90 коп., но вся штука в том, что по отношению к золоту рубль как был, так и остался — 9,60 за золотую монету в 10 рублей. Объяснялось это тем, что начиная с 1933 г. СССР всегда имел актив во внешней торговле — продавал немного больше, чем покупал, и курс рубля на валютных биржах мира был прочен.

И если в 191 3 году основная масса рабочих в Петербурге зарабатывала около 600 рублей в год, жалованье у армейского поручика было 720 рублей в год, то в 1937-м среднегодовая зарплата в СССР стала свыше 3000 руб. Водка стоила 6 рублей за бутылку, сахар — 4,50 за килограмм, шерстяной мужской костюм, напомню, — 75 рублей. Командир роты получал 725 рублей в месяц, студент 3-го курса Воронежского ветеринарного института — 170 рублей в месяц. В 1937 году средний колхозник СССР кроме денег получал на трудодни натуроплатой 17 центнеров зерна. Посмотрите на фото бабушек и дедушек предвоенной поры: как они выглядят и во что одеты. И все это при бесплатном лечении, бесплатном обучении, практически бесплатных отдыхе и жилье.

Итак, Сталин сформировал в СССР рынок для промышленности СССР, и результат не заставил себя ждать. Если сделать сравнение в сопоставимых ценах (1928 г.), то уровень промышленного производства 191 3 г. — 11,0 млрд рублей — СССР достиг уже в 1927 г., в следующем перекрыл его — 16,8 млрд рублей. Но дальше произошел никем не виданный и до сих пор никем не перекрытый рывок: в 1938 г. промышленное производство составило 100,4 млрд рублей! По объему производимой товарной продукции СССР вышел с пятого места в мире и четвертого в Европе на второе место в мире и первое в Европе. Он стал производить 13,7 % мировой промышленной продукции. США производили 41,9 %; Германия — 1 1,6 %; Англия — 9,3 %; Франция — 5,7 %. Причем этот рывок экономики был произведен на своем собственном, советском, оборудовании. Если в первой пятилетке (1928–1932 гг.) среднегодовой импорт составлял 4,1 млрд золотых рублей и в том числе 60,3 % шли на закупку машин и сырья для них, то во второй пятилетке (1933–1937 гг.) импорт упал до 1,2 млрд, а доля машин и сырья в нем до 27,3 %. Если в 1928 году в составе всего промышленного оборудования 43 % было импортным, то в 1938 г. импортное оборудование составляло уже всего 0,94 %.

И сделали этот рывок бывшие крестьяне, перешедшие в город, а смогли они перейти в город потому, что в СССР был хозяин.

 

Сталин и творчество в экономике

Но у этого экономического рывка есть и еще одна причина, поскольку рывок, который СССР сделал в экономике под руководством Сталина, невозможен без вложения в экономику творчества. И Сталин его вложил. Что это было за творчество? Творчество докторов и академиков экономических наук? Не смешите! Ну, кому сегодня не видно, что от них толку, как от быка молока, а если вдуматься, то и еще меньше. Сталин влил в экономику творчество инженеров, руководителей и рабочих, и, чтобы понять, как он это сделал, нужно присмотреться к этим работникам экономики.

Это люди, а люди в отличие от животных способны получать удовольствие не только от жратвы и секса, но и от творчества — от достижения результатов, которые раньше ими не были достигнуты. Причем эта радость бывает настолько велика, что по сравнению с нею бледнеет и становится малозначительной радость от обладания деньгами и теми удовольствиями, которые деньги сулят.

Возьмем такой пример. В СССР, особенно сталинском, спортсмены зарабатывали не очень много, они, как правило, числились на каких-либо должностях и получали по этим должностям зарплату. Кроме этого их премировали, делали порой ценные подарки (квартиры, автомобили), но в целом их зарплата вряд ли превышала зарплату шахтера или рыбака. А если учесть, что век спортсмена недолог, то деньги у советских спортсменов были очень плохим стимулом для рекордов. Тем не менее и спортивных рекордов, и достижений у СССР было огромное количество, и было невероятно, чтобы спортсмены СССР не победили на летних, или зимних Олимпиадах. Более того, они побеждали даже в открытом противоборстве с профессионалами, скажем, наши хоккеисты побеждали канадо-американские сборные хоккейных звезд. Но если денег платили мало, то что двигало советскими спортсменами?

Конечно, в первую очередь радость и удовольствие от того, что тебя уважает огромное количество советских людей (этим в СССР занимались и выдающихся спортсменов награждали орденами и прославляли). Но не меньшую радость и удовольствие давало им сознание того, что ты можешь достигнуть того, чего другие не могут, то есть не меньшее удовольствие давала спортсменам радость творца.

Ведь люди — это общество творцов (теоретически так людей создает природа). Без творчества человек как скотина, и даже хуже, поскольку даже скотине важно не быть самой последней в стае. И человеку свою творческую значимость важно осознавать, важно чувствовать, что он не просто член общества, но и сам по себе что-то значит.

Да, при Сталине именно таких людей прославляли. Это пряник. Но хороший хозяин всегда имеет не только пряник, но и кнут. Что было этим кнутом? (Про ГУЛАГ и про то, что при Сталине «заставляли работать», забудьте — это рассуждения для убогих умом.) Что на самом деле подстегивало творчество работников экономики СССР при Сталине?

Производительный труд всегда является творческим, поскольку всегда требует ума уже для простого воспроизведения приемов, и тем более для самостоятельного поиска тех новых приемов, которые могут обеспечить наивысший результат. А как человек узнает, что он достиг высших, новых для себя результатов в своем труде и хозяйственной деятельности? По разнице между закупленными товарами для своего труда и ценою своего изделия. Чем больше эта разница, тем больше ты творец. (Вообще-то экономика как наука очень проста: цена произведенного тобой товара должна быть больше, чем затраты на его производство. Все остальное в экономике — арифметика.) Но цена и затраты ведь должны быть в чем-то выражены, и если не в деньгах, то в чем?

И Сталин, наступив на горло марксистской песне, продолжал использовать деньги.

Мало этого, испокон веков любой хозяин стремился поднять цену на свой товар, чтобы увеличить зазор между нею и затратами на производство — увеличить прибыль, и эту прибыль положить себе в карман. И лишь два экономиста — Форд и Сталин — направляли прибыль на развитие рынка своей промышленности: они упорно и планомерно снижали цены. Этим достигается гораздо большее увеличение спроса, нежели при его увеличении простым выбросом денег на рынок. При снижении цен деньги дорожают и, следовательно, на не потраченный сегодня рубль завтра можно тех же товаров купить гораздо больше. И при Сталине, после того как в 1947 году были отменены карточки и стабилизированы рубль и цены, началось планомерное и ежегодное снижение цен на все товары. Рынок СССР становился все более емким и емким, промышленность и сельское хозяйство крутились на полную мощность и непрерывно наращивали производство, чтобы его заполнить. И все равно, сколько товара ни произведи, перепроизводства товара не будет — деньги на рынке СССР есть, значит, твой товар будет куплен.

Повторю, в СССР через 5 лет после отмены карточек хлеб, мясо, сливочное масло уже стоили в 2,5 раза дешевле, чем до отмены карточек, сахар в два раза дешевле. И за эти же пять лет в США цены на хлеб выросли на треть, в Англии — в два раза, во Франции — более чем вдвое, а цены на мясо в США увеличились на четверть, в Англии — на треть, во Франции — вдвое. Но это видимая в магазинах и понятная всем часть айсберга. А невидимая часть — это то, как миллионы работников промышленности и сельского хозяйства ежедневно ломали голову — что еще изобрести, что еще придумать, чтобы снизить затраты на производство и вместе с ними снизить цены на свои товары?

Но и этого мало, поскольку для того, чтобы в экономике любой работник был творцом, необходимо, чтобы он был хозяином, т. е. по своему усмотрению делал затраты на производство своего товара. И Сталин увеличивал число хозяев в СССР «разворотом товарооборота», то есть всемерным увеличением количества хозяйствующих субъектов, поскольку длинные цепочки покупок-продаж товаров и услуг автоматически увеличивали число хозяев (экономистов), которые, борясь за снижение цены своих товаров и услуг, не давали производить ненужные вещи или товары в ненужном количестве.

Рассмотрим это на примере дискуссионной борьбы Сталина за сохранение машинно-тракторных станций (МТС), и за отказ Сталина продавать сельскохозяйственную технику прямо колхозам.

Дело в том, что колхозы и совхозы при Сталине не имели своей тяжелой техники: тракторов, комбайнов, жаток, автомобилей и т. д. Вся эта техника сосредотачивалась на машинно-тракторных станциях, которые обрабатывали землю и снимали урожай сразу нескольким десяткам колхозов. Давайте позагибаем пальцы очевидной хозяйственной выгоды от этого сталинского решения.

Во-первых. Сама сельхозтехника тем экономичнее, чем она мощнее. Предположим, среднему колхозу достаточно одного мощного комбайна, чтобы успеть в уборку снять и обмолотить все зерновые. Но никакой председатель колхоза не рискнет ограничиться одним комбайном, поскольку в случае его поломки будет потерян урожай — результат работы за целый год. Поэтому если передать технику из МТС колхозам, то такой колхоз купит для подстраховки 2 комбайна, и это, что поделать, разумно. Если МТС обслуживала 20 таких колхозов, то после передачи им техники они реально будут иметь в сумме 40 комбайнов, в то время как МТС могла с 10 %-ным резервом иметь их всего 22 и справляться с уборкой урожая во всех 20 колхозах. А ведь вся эта масса затрат на неэффективно работающую технику в колхозах ляжет на стоимость продовольствия, и она возрастет.

Во-вторых. То, что после передачи в колхоз комбайн будет работать месяц в году, еще не значит, что и комбайнер этого колхоза будет работать месяц в году — в колхозе ему работу найдут. Поэтому этот комбайнер с комбайном выехать на уборку урожая в другие области просто не сможет, да там его и не ждут — ведь там в колхозах есть свои комбайнеры и комбайны. Техника будет лежать мертвым грузом в колхозах по всей стране. А МТС способны маневрировать техникой, т. е. перевезти ее сначала с северных районов в южные и там совместно с местными МТС убрать урожай, а затем вместе с ними подниматься на север, убирая там созревающие зерновые. А это значит, что если колхозам надо иметь 40 единиц техники, то МТС могут обойтись и 10. Когда продукты будут дешевле — с МТС или без МТС?

В-третьих, и это уже касается денег, а не организации производства. При введении в схему товарооборота «товар-деньги-товар» («производство тракторов — производство зерна») МТС, товарооборот увеличивается в полтора раза и появляется еще одна цена — цена обработки земли. Следовательно, появляется еще одно хозрасчетное звено, а государство получает возможность ценами заставить это звено (МТС) творить — снижать затраты на обработку земли. Рост количества техники у МТС и неоправданный рост стоимости этой техники прямо увеличивают затраты МТС на обработку земли и снижают их эффективность. Поэтому МТС были экономическим контролером заводов сельхозмашин: не давали тем производить неэффективную технику, а всей техники производить больше чем надо. С МТС экономика СССР и, следовательно, советский народ не несли затраты на изготовление плохо используемой техники.

А если отдать технику колхозам, то исчезает цена обработки земли — она становится в бухгалтерском отчете колхоза строчкой затрат на производство зерна и контролируется только самим колхозом, который вправе ее и увеличить, увеличив, допустим, урожайность за счет удобрений. Поэтому колхоз прямо заинтересован в противоположном — в том, чтобы у него на всякий случай всякой техники было побольше — хороший урожай все равно перекрывал затраты на ее приобретение, а плохой урожай не давал приобрести и минимум. С ликвидацией МТС производство сельхозмашин в СССР начинало бессмысленно увеличиваться, увеличивая стоимость продуктов питания.

Вот в таких решениях проявляется ум руководителя, а не в болтовне об инновациях и нанотехнологиях.

 

То, что уничтожили

Что толку, — скажут мне оппоненты, если в СССР за колбасой были очереди и есть было нечего?! Ну, что же, давайте о еде.

Перед тем как перестройщики уничтожили СССР, в нем жило едва 5,5 % населения мира, а в сельском хозяйстве работало только около 1 5 % трудоспособного населения. И наше сельское хозяйство при крайне неблагоприятном климате в 1989 году произвело 11 % мирового производства зерна, то есть вдвое больше среднемирового показателя в расчете на душу населения. Производство хлопка составило 15 % — почти в три раза больше, картофеля 27 % — почти в пять раз больше, сахарной свеклы — 36 %.

По производству продуктов питания на душу населения СССР прочно вошел в пятерку самых высокоразвитых стран мира, несмотря на то, что климат в СССР, для сельскохозяйственного производства во много раз хуже, чем в любой из этих стран.

В 1989 году было произведено (килограмм на душу населения):

А теперь посмотрим на карту: Великобританию омывает теплый Гольфстрим и в ней даже на открытом воздухе могут произрастать пальмы, северная граница Германии находится на широте Смоленска и Рязани, все ее земли расположены на широтах Украины, север Японии южнее Астрахани, юг Японии — широты Египта, но с мягким морским климатом, север США на 1 50 км южнее широты Киева; сама территория США — это настолько благодатная для сельского хозяйства земля по климатическим условиям, что наши крестьяне о такой и мечтать не могут. Что делать, СССР с географическим положением не повезло очень крупно: ни морей на границах, ни дождичка в мае.

Тем не менее колхозное сельское хозяйство СССР со своих скудных земель обеспечивало граждан СССР лучше, чем США, Германия, Великобритания и Япония в среднем обеспечивали своих граждан. Это видно из последних двух колонок таблицы. Только по мясу отставание, но правительство СССР не собиралось останавливаться на достигнутом, и труды Якова Геринга тому примером. Это западные страны считали, что у них уже все хорошо с питанием, а в СССР так не считали и разработали продовольственную программу, которую перестройщики не дали внедрить.

Но и без этой программы сельское хозяйство СССР производило указанные в таблице продукты питания на 2200 миллионов калорий в год на душу населения. Это на треть больше того, что давали западные страны (1600 миллионов калорий), а по белкам на четверть больше (67,8 килограмма в год против 54,9 в среднем по США, Великобритании, Германии и Японии).

Некоторые читатели заметят, что у этих стран пусть земли и хорошие, но их мало, не на чем выращивать. Ничего подобного! В США платятся огромные деньги (свыше 20 млрд долларов в год) фермерам, чтобы они не засевали свои земли и этим не сбивали высокие цены на продовольствие.

Причина в экономике. В СССР плановая экономика имела цель обеспечить питанием каждого, повторяю, каждого гражданина. А на Западе — только людей с достаточным количеством денег.

Оцените и условия, в которых работало сельское хозяйство СССР. На таких географических широтах и в таком климате в других странах люди либо вообще не живут, либо практически не занимаются сельским хозяйством. Две тяжелейшие разрушительные войны на своей территории, отвлекавшие огромные трудовые ресурсы и повлекшие за собой уничтожение национальных богатств. Только Великая Отечественная война унесла треть тех богатств, что накопили все наши предки начиная от Рюрика.

Можно поражаться и восхищаться упорству наших дедов и отцов, которые в этих неимоверно тяжелых условиях воевали, строили и создавали. То же они делали и раньше, но именно плановая экономика Сталина существенно повысила эффект от их работы даже без самого Сталина. Это послужило примером и для других стран, Запад попытался тем или иным путем тоже планировать свою экономику.

Но ведь нельзя слепо копировать, нужно понимать смысл того, что ты делаешь. Скажем, после войны изрядно обнищавшая Великобритания стала по примеру СССР национализировать целые отрасли экономики, не понимая, что в экономике СССР главное не то, что она государственная, а то, что плановая. Для создания плановой экономики не имеет значения, какие ею объединены предприятия, государственные или частные. Главное, чтобы все предприятия действовали по единому плану, а не в слепой анархии рынка, главное, чтобы хозяин во главе народного хозяйства стоял, а не парламентские болтуны. В результате гораздо более разрушенный Советский Союз Сталина отказался от карточек в 1947 году, а Великобритания, с ее умными, демократичными парламентскими болтунами, — лишь в начале 50-х.

Но зато, скажут мне, мы теперь имеем самые лучшие заграничные продукты и товары! Я рад за вас, но почему же вы их не покупаете? Потребление продуктов питания в России (не производство, а потребление, вместе с «ножками Буша» и мясом бешеных коровок из Англии) упало в 1994 году по сравнению с 1990 годом: мяса и птицы — более чем в 2 раза; колбасы — почти в 2 раза; молока и молочных продуктов — в 2,5 раза; даже картофеля стали есть меньше почти в 3 раза! По данным Счетной палаты России, потребление мяса и мясопродуктов на душу населения в среднем по стране в 2001 году снизилось по сравнению с 1990 годом с 70 до 42 кг, в Москве со 105 до 65 кг, молочных продуктов с 400 до 220 кг, в Москве с 440 до 250 кг.)

По тем же материалам Счетной палаты России, к примеру, в 2001 году телевизоров куплено в два раза меньше, чем в 1990, а стиральных машин — в два с половиной раза.

Но зато, возразят мне, мы теперь свободные люди можем свободно ехать, куда угодно! Замечательно! Но почему же не ездите? По тем же материалам, пассажирские грузоперевозки железнодорожным транспортом международного и междугородного сообщения в 2001 году снизились вдвое по сравнению с 1990-м, а авиатранспортом — чуть ли не в четыре раза!

Нет, не десталинизация нам нужна, нам, народу, нужны умные и честные люди во главе государства. Но сами понимаете, умные и честные люди во главе государства не нужны тем, кто в настоящий момент находится во главе государства. Ну а находятся они во главе государства только потому, что их никак не наказывают за результаты их нахождения на этих должностях.

* * *

Если бы Сталин не был убит, то СССР имел бы еще лет 5—10 осмысленной экономики, и Запад, со своей рыночностью, остался бы так далеко позади, что возврат к нынешнему пещерному ведению хозяйства государства вряд ли был бы возможен.