Растоптанное счастье, или Любовь, похожая на стон

Шилова Юлия

Глава 16

 

— Света, что случилось? — услышала я в трубке перепуганный голос своей подруги.

— Случилось то, что я уже почти сошла с ума.

— Я спрашиваю, что произошло?

— У меня машина ночью сгорела.

— Как сгорела?

— Не знаю. Как машины горят?! А может быть, ее даже взорвали.

— Кто?

— Откуда я могу знать? Я в последнее время вообще ничего не понимаю.

— Расскажи, что там у тебя произошло.

— Понятия не имею. Я же спала, когда кто-то расправлялся с моим авто с такой жестокостью. Ничего не произошло, за исключением того, что я сейчас стою на балконе, смотрю на свою обгорелую машину, вернее, на то, что от нее осталось, и чувствую дикую душевную боль. Вчера я потеряла дачу, а сегодня машину.

— Как это случилось? — снова спросила подруга.

Видимо, до Натальи не доходило, что с нами иногда случаются вещи, которые не поддаются никакому объяснению.

— Сейчас пойду и спрошу у соседей. Видимо, я очень крепко спала.

— Светка, я сейчас приеду.

— Как знаешь.

— Что ты говоришь? Ты же прекрасно знаешь, что я не оставлю тебя в беде и что твои проблемы уже давно стали моими.

Я затянула пояс халата потуже, собрала волосы резинкой в хвост и, даже не поменяв тапочки на босоножки, вышла из квартиры. Спустившись по лестнице словно в тумане, на ватных ногах, вышла из подъезда, подошла к своей машине и посмотрела на сидящих на лавочке у подъезда бабушек.

— Добрый день! А вы не скажете, что здесь произошло?

— Так видно же… Пожар был сильнейший!

— Может быть, есть свидетели? Это случилось ночью?

— А вы хозяйка машины? — тут же смекнула одна из бабулек.

— Я хозяйка этого металлолома, — кивнула я. — Так все же что произошло? Я места себе не нахожу. У меня в мыслях не укладывается, как такое могло случиться.

— Я ночью долго не могла уснуть, — начала самая бойкая бабулька. — Ворочалась, ворочалась…

Свет в комнате был выключен. А" затем услышала, как раздался громкий взрыв, и всю комнату озарило ярким светом. Я испугалась, подбежала к окну и с ужасом увидела, что полыхает машина в нашем дворе. Я сразу вызвала и пожарную, и милицию, и «Скорую», на всякий случай. Я подумала, вдруг в машине человек есть и кто-то его взорвал. Сейчас такое страшное время. По телевизору часто показывают, как людей прямо в автомобилях взрывают.

Когда приехали пожарные, то сразу сказали, что в машине пусто. Мне полегчало — ну, хоть без человеческих жертв обошлось. Не хотелось, чтобы кто-то такую страшную смерть принял прямо под моими окнами.

— А кто-нибудь видел до взрыва чужого человека у моей машины? Может, кто подозрительный крутился? Не обязательно ночью, а, допустим, вечером.

Вы же целыми днями тут сидите. Всех из нашего двора знаете.

— Нас уже милиция допрашивала. Это произошло в три часа ночи. Все люди в это время крепко спят.

Никто ничего не видел. Свидетелей вообще никаких нет. Все всполошились только тогда, когда машина уже взорвалась. Нечего нам рассказывать. Мы и милиции сказали, что никого подозрительного не видели. Ни вечером, ни днем.

— Спасибо, — поблагодарила я болтливую бабушку и стала осматривать машину.

— Дочка, ты если еще машину купишь, то под наши окна не ставь, — послышался голос другой бабушки. — Тут за домом стоянка есть.

— Спасибо, я знаю.

— А если знаешь, то зачем ее здесь ставишь? И с милицией тебе придется пообщаться. Тебе ночью не достучались.

— Хорошо, пообщаюсь, — не стала я вступать в спор со старушками и пошла назад к подъезду, у которого, как оказалось, меня уже ждал участковый.

После всех объяснений с милиционером я поднялась в квартиру, села на кухне и стала тупо выглядывать Наталью, которая не заставила себя ждать и позвонила в дверь сразу же после того, как я о ней подумала. Бросившись мне на шею, она стала трясти меня за плечи и приговаривать:

— Господи, да что же это такое творится? Житья никакого нет! Я видела! Я все видела! Если бы ты только знала, что я испытала, когда это увидела! Если бы ты только знала…

— Что ты видела? — перепугалась я за Наташку.

— Машину! Твою машину! Все, что осталось от твоей красавицы!

— Скажешь тоже… — немного успокоилась я. — А я уж, грешным делом, подумала…

— Что ты подумала?

— Я подумала, что ты видела, кто мою машину взорвал.

— Откуда я могла видеть, если я только от тебя об этом узнала? Или ты думаешь, что я видела все ночью из окон своей квартиры, которая находится в противоположном районе Москвы? Извини, но я ясновидением не обладаю.

— Но ты так кричишь…

— А как же не кричать? Горе такое! Бедная ты моя, бедная… Несчастная ты моя девочка… Кто-то играет с тобой в очень даже злые игры.

— А кто?

Я присела на диван и потянула следом за собой Наталью. Положив голову на Наташкино плечо, я ощутила минутное успокоение и еще раз спросила:

— Наташа, у тебя есть хоть какие-нибудь предположения?

— Нет, — отрицательно замотала головой Наташка. — Никаких.

— У меня тоже.

— Но ведь кто-то же делает это сознательно, — Наташка гладила меня по плечу и усиленно думала. — Света, несчастья сыплются на наши головы как из рога изобилия. А мы даже не знаем, кто именно и куда нанесет нам следующий удар. Может, позвоним Алексею?

— Зачем?

— Затем, чтобы он занялся этим делом, потому что мне кажется, дальше будет еще хуже.

— Звони, только мне ведь платить ему нечем.

Откуда у меня деньги, если я на работу пока не хожу и у меня каждый день какое-нибудь стихийное бедствие?

— Пусть он нам скидки делает. Мы же ему не чужие.

Алексей приехал ближе к вечеру и, сев за кухонный стол, пристально посмотрел в окно в направлении взорванного автомобиля.

— Когда этот металлолом увезут со двора? — поинтересовался он первым делом.

Поправив халат, я поставила на стол чайник и села на табуретку.

— Завтра.

— Понятно.

— Что тебе понятно? — тут же спросила Наташка. — Ты хоть нас в курс дела вводи. Ты осматривал машину?

— Осматривал.

— И что?

Алексей посмотрел на Наталью крайне недовольным взглядом и закурил свою трубку.

— Если за дело берусь я, значит, и вопросы задаю я.

— Пожалуйста, — обиженно ответила Натка.

— Таковы правила моей работы, — постарался смягчить ситуацию Алексей и, не обращая внимания на Наталью, обратился ко мне:

— А ты с участковым беседовала?

— Да, — кивнула я.

— И что он сказал?

— А что может сказать участковый? Задал несколько вопросов и был таков. Все время давил на то, что у меня есть враги. Сказал, чтобы я хорошенько подумала-поразмышляла, проанализировала все свои связи.

— Ты это сделала? — Алексей разогнал рукой облако едкого табачного дыма и посмотрел на меня своими пронзительными глазами, которые как будто рентгеном просвечивали. И от этого взгляда мне стало так неловко, словно я что-то недоговариваю и в чем-то очень сильно виновата, будто я не жертва загадочных обстоятельств, а попадаю в них вполне сознательно.

— У меня нет врагов! — в отчаянии крикнула я и ударила кулаком по столу. — Я в жизни никому не делала плохого! Ни на работе, ни дома, ни в личных отношениях! На работе у меня полный порядок. Меня ценят, уважают. Клиенты меня постоянно благодарят.

— Она в туристической фирме работает, — пояснила Алексею Наталья. Видимо, на всякий случай, чтобы Алексей не подумал ничего плохого по поводу клиентов.

— Дурная ты, Наташка, — немного успокоившись, продолжила я. — Так вот. На работе меня подарками задаривают. То шампанское, то конфеты, то фрукты всякие. У меня там проблем нет. Что касается соседей, то большинство из них я даже в лицо не знаю, несмотря на то что живу в этом доме много лет.

С соседями только здороваюсь, да и то не со всеми.

Так же и со знакомыми. Ну, никому и ничего я не делала плохого!

— Не стоит кричать, — не сводя с меня крайне неприятного, пронзительного взгляда, произнес Алексей.

— Извини, нервы.

— Понимаю.

— Я не знаю, как тебе объяснить… Я правда никого не подозреваю. Если бы у меня хоть какие-нибудь подозрения были, я бы про них тебе обязательно рассказала.

— Согласен, — Алексей вновь выпустил облако дыма и налил себе чашку чаю.

— Да что ж ты сам-то? — бросилась к нему на помощь Наталья. — Сидишь, молчишь… Сказал бы мне, я бы тебе чаю налила.

— Да что ж я, немощный, что ли?

— При чем тут это? — Задав вопрос, Наталья кокетливо сложила губки бантиком. — Мужчина не должен делать то, что умеет делать женщина. Видишь же, что рядом с тобой сидит такая шикарная женщина, как я. Мог бы мне руку на плечо положить и проворковать ласковым голосом: «Дорогая, не могла бы ты налить мне чашечку чаю?»

Алексей рассмеялся и немного смутился.

— Хорошо. В следующий раз я сделаю именно так.

— Сделай, пожалуйста, — игривым голосом проворковала Наталья. — За мной не встанет — поухаживаю за тобой с удовольствием. Ладно, продолжайте дальше, а то я вас от беседы отвлекаю.

— А что продолжать-то? — ни с того ни с сего прорвало меня. — Алексей, ты берешься за это дело?

— Если приехал, значит, берусь.

— А сколько это будет стоить?

— Давай пока не будем о деньгах.

— Что значит «не будем»?

— Как только у меня появятся какие-нибудь результаты, тогда и поговорим.

Я захлопала глазами и изменилась в лице.

— Как так? А вдруг ты убьешь меня большой суммой?

— Не убью, — вновь рассмеялся Алексей.

— А может быть, Леша тебе бесплатно помочь хочет? — бесцеремонно влезла в разговор Наталья. — Что с тебя взять-то? Машины нет, дачи тоже нет. С тебя и брать нечего!

— Бесплатно никто не помогает, — вразумила я Наташку. — И ты это прекрасно знаешь.

— Давайте пока не будем толковать о деньгах! — разрешил наш спор Алексей и затушил свою трубку.

— А когда мы о них будем толковать? Когда у меня не окажется суммы, которую ты запросишь?

— Света, сейчас я даже слышать ничего не хочу о деньгах. Во-первых, я еще не произвел никаких трат из своего кармана. Во-вторых, ты мне очень симпатична. Милая, приятная девушка. Мне искренне жаль, что с тобой происходят страшные вещи. Я хочу взяться за это дело пока безвозмездно. Если понадобятся какие-нибудь существенные траты, я тебя извещу, а там мы уже будем исходить из твоей платежеспособности.

Наталья рассмеялась и громко захлопала в ладоши.

— Наталья, ты что? — не поняла я свою подругу.

— Алексей сейчас признался в том, что ты ему нравишься. Теперь понятно, почему он ко мне на чай не захотел подниматься.

— Прекрати, пожалуйста.

— А что прекращать, если он сейчас сам в этом признался? Алексей, с твоей стороны это настоящий мужской, благородный поступок, достойный большого уважения. Девушка и так все потеряла, и ты решил помочь ей совершенно бесплатно.

Хорошо, что ты сразу понял, что ты на ней не разбогатеешь. Но, может быть, твои труды будут все-таки по достоинству оценены такой симпатичной девушкой, как Светлана. Уж если ты совсем потратишься, то Светка с тобой натурой рассчитается.

Не переживай. Можно совмещать приятное с полезным.

После Наташкиных слов меня окатило жаром с ног до головы, и я на минуту потеряла дар речи. Я подалась вперед, покраснела, как вареный рак, и не смогла удержать себя от того, чтобы не залепить Наталье хорошую пощечину.

— Ты что? — подскочила со своего стулья Наталья. — С ума, что ли, сошла?

— Это ты, я смотрю, с ума сошла.

— Шуток не понимаешь?

— Такими вещами не шутят!

Не говоря больше ни слова, Наталья направилась к входной двери и, вызывающе скинув тапочки, принялась надевать свои туфли. Я бросилась следом за ней и перегородила входную дверь:

— Наташа, ты куда собралась?

— Домой.

— Ты что, на меня обиделась?

— А ты что думала, что меня беспрепятственно можно по лицу шлепать? Тебе никто не давал подобного права! Никто!

— Извини.

— Мне это надоело, — не приняла моих извинений Натка. — Я для нее стараюсь, всю душу вкладываю, а она меня по лицу хлещет! У тебя есть еще такая подруга, которая к тебе по первому зову бросится?

— Нет, — виновато ответила я.

— То-то. Так ценить надо!

— Я ценю.

— Что-то я этого не заметила. Отойди от двери. Дай пройти.

— Наташа, может быть, ты все-таки одумаешься и останешься?

— Я сказала: дай пройти! Я сейчас киплю, как чайник. Отойди, а то взорвусь!

( Наташкины слова произвели на меня должное впечатление, и я отошла в сторону.

— Вот так-то. Как отойду, позвоню.

— Звони, конечно. Я жду, — сказала я робким голосом и вздрогнула оттого, что Наташка громко хлопнула дверью.

Вернувшись на кухню, я села напротив Алексея и постаралась выдавить из себя улыбку.

— Алексей, ты извини, что так вышло. Не знаю, что это на Наташку нашло. Да и на меня тоже.

— Бывает.

— Может, все оттого, что у нас обеих нервы сдают. В последнее время столько всего произошло, что нормальный человек этого просто не выдержит. Каждый день какая-нибудь беда. Не обращай на Натальины слова внимания. Она часто мелет что ни попадя.

Все проблемы от стресса. Скажи, можно жить в вечном стрессе?

— Нельзя.

— И я так думаю.

— А ты по-другому жить не пробовала?

— А по-другому не получается.

— Но ты действительно это пробовала? — вновь закурил свою любимую трубку Алексей.

— Я же тебе ответила, что да.

— И что?

— Бесполезно. Ладно, Алексей, я, наверно, тебя задерживаю. Давай поговорим по делу. Мы остановились на том, что у меня нет врагов.

— Не верю.

— Что значит «не верю»?

— Если ты живешь в вечном стрессе, у тебя не может не быть врагов. Вчера ты была ужасно бледная и сонная. Наташа сказала, что ты сдала много крови.

Кому ты отдала свою кровь?

— Одному человеку.

— Я понимаю, что не обезьяне. Я задал тебе конкретный вопрос, а ты уходишь от ответа. Если я задаю тебе прямой вопрос, то будь так добра — давай мне прямой ответ. Если ты хочешь, чтобы я тебе помог, ты должна рассказать мне всю правду. Мы должны сотрудничать на основе взаимного доверия. Без доверия у нас ничего не получится. Ты должна мне доверять. Я понимаю, что я совершенно чужой тебе человек, и я не знаю, как убедить тебя в том, что я хочу тебе помочь. Все же постарайся мне хоть немного поверить.

— Человек, которому я отдала свою кровь, не имеет никакого отношения ни к поджогу моей дачи, ни к взрыву моего автомобиля.

— Я должен это проверить.

— Алексей, я тебя умоляю! Этот человек лежит в тяжелом состоянии в реанимации. У него не хватает сил, чтобы открыть глаза, а ты говоришь о подобных деяниях…

— Кто он тебе? — неожиданно спросил меня Алексей.

— Он.., он… — немного растерялась я от вопроса. — Он мой знакомый. Он гостил у меня на даче.

— А что с ним случилось? — пытал меня Алексей.

— В смысле? — прикинулась дурочкой я.

— В смысле того, почему он в реанимации?

— В него стреляли! — яростно крикнула я. — Алексей, хватит меня мучить. Я не могу рассказать тебе все, что ты хочешь знать. На то есть свои причины. Извини.

— Где в него стреляли? — Алексей не обратил внимания на мою ярость.

— У меня на даче.

— А кто?

— Его брат.

— По какой причине он в него стрелял?

Я встала из-за стола и судорожно замотала головой:

— Леша, извини, но это уже чужие семейные секреты. Прости, но я не имею права тебя в них посвящать. Знаешь, я подумала и решила.

— Что ты решила?

— Я не нуждаюсь в твоих услугах. Я все решу сама.

— Ты уверена?

— Да. Я сама со всем разберусь, но ты не должен знать то, что тебе не положено знать и что является чужой тайной.

Алексей встал со своего места, положил руки на мои плечи и заглянул мне в глаза:

— Светлана, я знаю, что смогу тебе помочь. Я знаю, что ты многое недоговариваешь. Но тебе не справиться в одиночку! Расскажи мне обо всем, что тебя беспокоит, и я возьму часть твоих проблем на себя.

Я посмотрела на Алексея глазами, полными слез, и замотала головой:

— Нет. Не могу. Извини.

— Я помогу тебе безвозмездно… Я возьму все расходы на себя. Не думай о деньгах. Только доверься мне.

— А какой тебе смысл помогать мне бесплатно?

Ты всегда помогаешь безвозмездно одиноким женщинам?

— Ты первая.

— И зачем тебе это нужно?

Алексей немного задумался и притянул меня к себе.

— Света, мне кажется.., я в тебя влюбился, — сказал он, будто школьник.

— Влюбился?

— По-моему, да. Столько слышал про любовь с первого взгляда, но никогда не думал, что она есть. А тут как гром среди ясного неба…

— Так тебе кажется, что ты в меня влюблен, или ты действительно в меня влюблен?

— Кажется, влюблен, — рассмеялся Алексей.

Алексей вдруг принялся целовать меня, но я его отстранила и в который раз отрицательно покачала головой:

— Алексей, извини. Я не готова.

— К чему? — не сразу понял он меня.

— К тому, чтобы вот так.., сразу… Я слишком опустошена и истощена.

— А я и не собираюсь настаивать. Когда ты будешь готова, ты сама сделаешь шаг мне навстречу. Ты разрешишь мне помочь тебе разобраться с твоими проблемами?

— Нет.

— Почему?

— Потому что я не могу рассказать тебе о всех своих проблемах. По крайней мере, пока не могу.

Сейчас ты требуешь от меня того, что я не могу сделать. Если мне понадобится твоя помощь, я обязательно тебе позвоню. А сейчас я еще не готова…

— К чему?

— К тому, чтобы все тебе рассказать и попросить о помощи.

— Хорошо. Я буду ждать. Ты хочешь, чтобы я ушел?

— Да. Я хочу побыть одна.

Алексей встал и направился к выходу. Остановившись у входной двери, он взялся за ручку и посмотрел на меня своими большими и необычайно грустными глазами.

— Светлана, ты не представляешь, как мне тяжело от тебя уходить. У меня к тебе просьба.

— Какая?

— Сделай что-нибудь, чтобы я тебя разлюбил.

— Зачем? — изумленно спросила я.

— Иначе я просто не смогу уйти. Сделай что-нибудь, чтобы я захотел покинуть твою квартиру. Ну, накричи на меня. Пошли меня ко всем чертям, выгони взашей. Делай же что-нибудь.

— Я не могу. Я хочу, чтобы ты ушел сам.

Алексей изменился в лице, слегка побледнел и, даже не оглянувшись назад, вышел из квартиры. А я… Я вытерла нечаянно нахлынувшие слезы и прислонилась к закрытой двери. Тогда я еще не знала, что закрыла ее за Алексеем надолго, что судьба подарит мне встречу с этим человеком только через несколько долгих лет…