Растоптанное счастье, или Любовь, похожая на стон

Шилова Юлия

Глава 1

 

Я никогда не любила дождь. А сегодняшний дождь был необычайно сильным, противным и оставлял за собой целую кучу аварий. Не прошло и нескольких минут с его начала, как дождь превратился в настоящий ливень и одним махом зачеркнул всякую видимость на дороге.

— Вот черт! — выругалась я вслух и сбросила набранную скорость.

Поначалу у меня возникло желание вообще остановиться и переждать ливень, но, подумав о том, что ливень может затянуться на неопределенное время, я все же поехала, но как можно медленнее. И тут — только этого мне и не хватало! — отметила про себя: нужно срочно поменять «дворники». Эти просто ни к черту.

Чтобы хоть как-то улучшить упавшее настроение, я включила легкую музыку и слегка прищурила глаза, чтобы яснее различать то, что творится на дороге.

Свернув на проселочную дорогу, я немного расслабилась, но на всякий случай включила фары, чтобы мою машину было хорошо видно. Зазвонил мобильный телефон, и я тут же сняла трубку. И несказанно обрадовалась, услышав возбужденный голос моей единственной подруги, — Свет, ну ты где? — требовательно спросила она.

— Как «где»? На дачу еду. Я ж тебе говорила.

— Точно. Совсем позабыла. И что тебе на этой даче делать?

— Как «что»? Натуль, у тебя что-то с памятью в последнее время стало. Я же тебе целыми днями твердила, что мне нужно съездить на дачу и собрать сливы.

— Сливы?! — в голосе Натки было полнейшее разочарование.

— Ну да. И не только сливы. Яблоки и груши тоже. Я, когда последний раз с дачи уезжала, несколько веток подвязала, потому что они уже обламываться начали. Натуль, да что с тобой творится-то? Я же столько раз звала тебя с собой, сливы собрать… Ты еще наотрез отказывалась, а теперь спрашиваешь, что мне на даче делать.

— Я отказывалась потому, что дачные дела терпеть не могу, — серьезным голосом произнесла Натка. — Просто я и подумать не могла, что ты в будний день тронуться сможешь.

— А когда я, по-твоему, на дачу должна ездить?

— Обычно все уважающие себя дачники едут на свои фазенды на выходные. Чаще всего они встают к своим грядкам в самых интересных позах в пятницу вечером и сходят с них только к вечеру воскресенья.

Сегодня, если не ошибаюсь, среда?

— Среда.

— А в среду все уважающие себя дачники сидят в Москве и ждут вечера пятницы.

— Натуль, значит, я не уважающая себя дачница.

В выходные мне бы очень хотелось какой-нибудь культурно-просветительной или развлекательной программы, а не торчать в пробках в надежде попасть на собственную фазенду. Тем более мне урожай в срочном порядке собрать нужно. Слива уже почти осыпалась.

— А на кой тебе сдалась эта слива?

— Что значит «на кой сдалась»? Не пропадать же добру. Хочешь, тебе отполовиню?

— А мне зачем?

— Есть будешь.

— Светлан, уволь. Сколько я ее съем?

— Тогда можно варенье сварить или компот сделать.

— И кого мне этим вареньем кормить?

— Натуля, ты, как всегда, все усложняешь. Было бы варенье, а уж кого им кормить, всегда можно придумать.

— Нет, Светлана, извини, — тут же отрезала Наталья. — Я не служба благотворительности, чтобы кого-то дармовым вареньем кормить. И вообще, я никогда не отличалась хоть какими-то кулинарными способностями. Твоим сливам можно найти совсем другое применение.

— Надо же, и какое?

— Ну, например, сделать хорошее домашнее вино. С него и проку больше будет, и благотворительность устраивать не нужно. Сами пить будем.

— Не сопьемся?

— Да у тебя слив не хватит, чтобы мы спились!

Даже если ты несколько гектаров одними сливами засадишь, нам все равно мало будет.

— Натуля, ну, ты у меня как всегда! — развеселилась я. — Плохим настроением не страдаешь. Ты только не забывай, что мы по мобильному говорим.

— Я и не забываю. А ты не забывай, что если я тебе позвонила, то я и плачу.

— А я за твои деньги переживаю.

— Светлана, не стоит. Мне на тебя денег не жаль.

В конце концов, ты у меня подруга от бога, а это значит, что ты для меня — выше всяких денег. Я тебе, собственно, вот по какому поводу звоню…

— По какому?

— Я сегодня хотела предложить тебе устроить какой-нибудь девичник.

— Девичник?

— Ну да. Да только что теперь об этом говорить, ты ж на дачу уехала. А то поехали бы куда-нибудь в ночной клуб, оторвались бы по полной программе.

Ты же сама постоянно мне твердишь о том, что живем один раз. А еще лучше бы в казино пошли, денег бы немного подняли. Я же в прошлый раз выиграла!

— Зато я проигралась в пух и прах.

— Мне почему-то кажется, что сегодня нам должно повезти. У меня ж чутье на деньги, ты ведь знаешь.

— Натуля, давай я сегодня сливы соберу, а в следующий раз обязательно устроим девичник.

— Да ладно, собирай свои сливы. Домашнее вино тоже очень даже вкусная вещь. Хоть какое-то время на спиртном немного сэкономим. Я сегодня сама на «Брюсов» поеду. Немного поиграю, а затем караоке попою, глядишь, какой-нибудь принц отзовется на мое проникновенное пение.

— Ты одна поедешь? — Я не смогла скрыть своего удивления.

— Да нет. Соседку возьму. А ты уже далеко? Не вернешься?

— Нет, конечно. Не вернусь. До моей дачи уже рукой подать. Натуль, у вас там дождь идет? — поинтересовалась я, так как с неба снова полились струи, причем настолько сильные, что почти совсем затмили видимость на дороге.

— У нас моросит.

— А тут прямо ливень.

— И как ты думаешь собирать свои сливы? С целлофановым пакетом на голове?

— Плащ с капюшоном надену.

— Хотела бы я посмотреть на эту картинку.

— А мне кажется, ничего интересного тут нет.

— Не скажи. Это должно быть забавно. Сбор слив в экстремальных условиях — зрелище…

Я не могу описать то, что произошло дальше.

Сквозь потоки воды, заливавшие лобовое стекло, я вдруг увидела силуэт непонятно откуда выскочившего на дорогу человека, который решил перебежать прямо перед моей машиной. От неожиданности я вскрикнула и что было силы надавила на тормоз. Машина пошла юзом, человек со всей силы ударился о капот и упал прямо под колеса моего «Форда». Машина резко встала, а я ощутила, как на спине выступил ледяной пот. Я сидела в чудовищном оцепенении и не могла поверить в то, что я только что сбила человека. Каждый день я слышала о людях, попадающих под колеса автомобилей, но мне и в голову не приходило, что я сама могу попасть в подобную ситуацию и лишить жизни человека. В моей руке еще была телефонная трубка, из которой доносился Наташкин голос:

— Свет… Светка. Ты что кричишь?

С трудом собрав остатки самообладания, я поднесла трубку к уху и произнесла дрожащим голосом:

— Наташа, кажется, у меня большие проблемы.

Я перезвоню позже.

— Что случилось? Тебе помочь?

— Я перезвоню позже, — повторила я и отключила мобильный.

Затем посмотрела по сторонам и подумала, что самый лучший выход из сложившейся ситуации — надавить на газ и ехать дальше. В конце концов, на улице дождь, уже темнеет и вокруг никого нет. Я не виновата. Я просто ехала по дороге. И ехала очень медленно. Этот человек сам откуда-то выскочил и, можно сказать, буквально бросился под мою машину. Быть может, он решил именно таким образом свести счеты со своей жизнью? Дорога пуста, а это говорит само за себя. Не стоит испытывать судьбу в очередной раз. Лучше взять и уехать. Насчет того, что я могу ему помочь, неизвестно, а вот насчет того, что я могу помочь себе.., это действительно в моих силах.

Свидетелей того, что случилось, нет, а раз нет свидетелей, значит, никто и не покажет на меня пальцем, и несчастье обойдет меня стороной.

И я почти уехала. Повернула руль влево, объехала лежащего на дороге человека, отъехала несколько метров и.., остановилась, вышла из машины. Я и сама не знаю, почему я не смогла уехать. Возможно, это оттого, что у меня окончательно сдали нервы, а возможно, что у меня сработала совесть, которая вступила со мной в перепалку и уговорила меня посмотреть на бедолагу — вдруг человек жив. Незнакомец по-прежнему лежал на дороге и не производил ни единого движения. Я шла крайне осторожно и отчетливо слышала учащенные, громкие удары своего сердца. Сев на корточки рядом с лежащим на дороге человеком, я нервозно поправила мокрые волосы и крикнула:

— Мужчина, что с вами?

Затем спохватилась, подумав, что мой вопрос получился ужасно глупым, и взяла лежащего за руку, ища у него пульс. Как ни странно, пульс был, а значит, человек еще был жив! Наверное, он нуждается в неотложной помощи… Соленые слезы смешались с холодным, противным дождем, и из моей груди вырвались громкие всхлипы. Какой кошмар! Только что я чуть не убила человека, и еще в принципе неизвестно, будет он жить или нет…

Растерянно посмотрев по сторонам, я подумала: в любую минуту по дороге может проехать какая-нибудь машина, и тогда… Я и сама не знала, что будет тогда. Я жутко боялась судебных разбирательств, тюрьмы и той страшной жизни, когда окружающий тебя мир виден сквозь стальную решетку. Не помня себя, я взяла человека за руки и потащила к своей машине, Благо мужчина оказался не очень крупной комплекции, и у меня хватило сил, чтобы затащить его на заднее сиденье автомобиля. Не придумав ничего лучшего, я тут же полезла за аптечкой, достала нашатырный спирт и сунула его под нос лежащему без движения мужчине. Мой взгляд блуждал по незнакомцу и остановился на его предплечье, потому что именно на этом месте я увидела кровь. Нашатырный спирт тут же подействовал. Лицо мужчины моментально перекосилось, он застонал и посмотрел да меня ничего не понимающими глазами.

— Господи, неужели живой? — я улыбнулась сквозь слезы и вновь задала дурацкий вопрос:

— Что у вас болит?

— Где я? — ответил вопросом на вопрос мужчина и, слегка приподняв голову, посмотрел на свое окровавленное плечо.

— У меня в машине, — только и смогла ответить я, доставая из аптечки еще и бинт с зеленкой.

Во взгляде мужчины по-прежнему читалось полное непонимание того, что происходит, а я не знала, с чего начать и каким образом объяснить ситуацию.

— А ты кто? — взгляд потерпевшего сфокусировался на моем лице.

— Меня зовут Светлана. Я еду на дачу собирать сливы. Я нашла тебя на дороге, — не моргнув глазом соврала я.

— Меня на дороге?

— Да.

— Как так?

— Еду себе спокойненько, ни о чем плохом не думаю и смотрю — человек прямо посреди дороги лежит. Думаю, дай остановлюсь и узнаю, что случилось. Остановилась, а ты без сознания. Я тебя к себе в машину перетащила и дала нашатырного спирта понюхать. Послушай, давай я тебе плечо перевяжу, а то кровь идет.

— Перевяжи.

Возбужденно кивнув, я быстро расстегнула рубашку, затем осторожно приподняла мужчину и попыталась ее снять. Мужчина сморщился и застонал.

— Больно?

— Как тебе сказать, чтобы не обидеть…

— Как есть, так и говори.

— А ты сама как думаешь?

— Думаю, что больно.

— Тогда зачем спрашиваешь?

Осмотрев плечо, я отметила про себя, что у него, по всей вероятности, всего лишь ушиб, а кожа просто сильно содрана. Но как только я попыталась смазать ссадину зеленкой, мужчина закрыл глаза и вновь застонал.

— Пожалуйста, потерпи немножко. Сейчас будет легче, — и я принялась дуть на рану как можно сильнее.

— Ты врач?

— Нет, — судорожно замотала я головой и принялась забинтовывать предплечье, стараясь делать все как можно более аккуратно.

— А зачем тогда за бинт схватилась?

— Как это «зачем»? Я не врач, но первую помощь могу оказать. Для того чтобы оказывать первую помощь, необязательно быть врачом. Ты вообще-то как себя чувствуешь?

— Не хочется говорить вслух и ругаться при женщине.

— Я бы тебя в больницу отвезла, да только не знаю, где здесь больница находится. Я в этой местности вообще ничего, кроме своей дачи, не знаю. Она здесь совсем рядом, рукой подать. Я уже почти доехала. Давай я тебя до своей дачи довезу, и, если тебе будет плохо, мы прямо туда неотложку вызовем, а?

— Давай, вези меня хоть куда-нибудь. Мне тут, в машине, лежать неудобно.

— Тогда едем. Пять минут, и мы у цели.

— А как я очутился на дороге? — неожиданно задал вопрос мужчина.

— Тебя кто-то сбил, — тут же ответила я и пристально посмотрела ему в глаза в надежде на то, что он ничего не помнит.

— А кто?

— Понятия не имею. Когда я ехала, ты уже лежал. Может, ты на тот свет хотел? Может, ты сам под чью-нибудь машину бросился? Тут сложно сбить человека. Дорога пустая.

— Я еще в своем уме, чтобы на тот свет раньше времени хотеть.

— Кто тебя знает. Я вообще не понимаю, как можно переходить дорогу, когда машина едет.

— Наверно, она не ехала, а неслась.

От этих слов мне, как говорится, поплохело, и я с трудом сдержала себя от того, чтобы не рассказать незнакомцу про то, что в плохую погоду я всегда езжу крайне медленно и осторожно.

— Тут вообще никто никогда не носится, потому что дачный поселок рядом, — все же вырвалось у меня. — Тут только некоторые товарищи под машины грудью сами кидаются и создают проблемы нормальным дисциплинированным водителям.

Сев за руль, я завела мотор и сдвинулась с места.

Дождь немного утих, и можно было чуть прибавить газу.

— Как же ты в этих краях живешь, а где больница находится, не знаешь? — спросил мой пассажир.

— А почему я должна знать? Она мне раньше как-то без надобности была. Я знаю, где магазин, и этого вполне достаточно. А больницей я никогда не интересовалась. Ты не переживай, если тебе совсем плохо будет, то мы прямо на дачу вызовем неотложку. Правда, если адрес своей дачи я хорошо знаю, то по поводу этой дороги я вряд ли объяснить смогу.

Неотложка, пока ее искать будет, двадцать пять раз заблудится.

— Болтливая ты.

— Я не болтливая. Я просто за тебя переживаю.

— А что же это ты за меня вдруг переживаешь?

Ты же меня на дороге нашла.

— И что?

— Да так. Ничего.

— Ты же человек все-таки. Вот я и переживаю.

— Ты так за всех подряд переживаешь или только за тех, кого на дороге находишь?

— Ты так говоришь, будто я каждый день кого-то нахожу на дороге. Ты первый, кого я нашла. Все, уже и приехали. Вот и дача.

Выбежав из машины, я быстро открыла ворота и загнала машину во двор. Затем распахнула заднюю дверцу машины и помогла мужчине встать на ноги.

Облокотившись на меня, мужчина сильно захромал и потихоньку пошел в сторону дома.

— Голова кружится?

— Кружится. Если я не ошибаюсь, то я ею очень сильно ударился. И по-моему, даже не просто ударился, но и немного ее разбил.

— Скорее всего у тебя легкое сотрясение мозга.

Не переживай, нужен постельный режим, и все как рукой снимет.

— Да я особо и не переживаю. Я просто подумал, что если я не ошибаюсь, то, по-моему, совсем недавно я чуть было не умер.

— Но я же тебя вовремя спасла.

Мы прошли в спальню, я уложила мужчину на кровать и посмотрела на него испуганным взглядом:

— Ну, ты как?

— Что ты, как попугай, заладила: «ты как», «ты как»? Сколько можно! Что ты хочешь от меня услышать? Что я жив-здоров и со мной все в порядке?!

Что у меня ничего не болит, что мне весело и что я счастлив?! — мужчина сам не заметил того, как перешел на крик.

— Я просто спросила.

— Надо же, она просто спросила! Сбила человека и для того, чтобы не сесть в тюрьму, притащила его к себе на дачу. Спасибо, что хоть не оставила лежать на дороге. Хотя знаешь, лучше бы ты меня оставила.

Толку бы было больше. Может, меня бы какая попутка подобрала да отвезла бы в больницу. Глядишь, мне бы оказали профессиональную медицинскую помощь и вернули к нормальной человеческой жизни. А то сдохну на твоей даче, ты меня прямо в сарае закопаешь, и никто даже не чухнется, где я. Ничего, если я выкарабкаюсь и смогу быть таким, как раньше, я тебе такое устрою! Я покажу тебе, как людей сбивать и как их прятать по своим дачам. Я тебе объясню, как машину водить нужно! Ой как объясню!!!

Ты за каждое свое действие ответишь.

Меня бросило в жар, я раскраснелась, как помидор, и судорожно заговорила:

— Ты чего это на моей даче раскричался? И вообще, кто дал тебе право на меня кричать?! Насчет того, что я тебя сбила, тебе просто приснилось. Я машину вожу всегда аккуратно при любых погодных условиях. Так что наговаривать на меня не нужно. Правду все-таки говорят: не делай добра, не будет зла. Я хотела как лучше. Увидела: человек на дороге лежит, остановилась, не проехала мимо. Можно сказать, тебя на себе до самой машины тащила. Прошу заметить, что ты далеко не легкий и это стоило мне огромного труда. Не каждая девушка поднимет такую тушку, как ты.

— Это кто тут тушка-то?

— Ты.

— Я?!

— Ты, кто ж еще. Тебя если на весы поставить, то стрелка просто зашкалит.

— Да я со спортом дружу. У меня фигура атлетическая.

— Не знаю, что-то я этого не заметила. Я заметила только то, что ты с совестью точно не дружишь.

Человек тебя от смерти спас, а ты его лицом в грязь… — изобразив воинственное выражение лица, я сжала кулаки, буквально на секунду задумалась, но тут же продолжила:

— А если я тебя не сбивала, значит, тюрьмы мне бояться незачем. Тюрьмы должен бояться тот, кто совершил преступление, а моя совесть чиста. Просто этот случай для меня хорошим уроком будет. Я больше никого в жизни на дорогах подбирать не стану. Пусть вас там хоть с десяток лежит. Я с безразличным лицом мимо проеду, и все.

Сейчас позвоню в «Скорую», и пусть она тебя забирает к едрене фене. Чтоб духу твоего здесь не было!

Нечего, чтобы на моей даче такие экземпляры прохлаждались. Таким, как ты, в больнице место. И вообще, мне сливы собирать нужно, я здесь с тобой только время теряю.

Я старалась держаться как можно более уверенно, но мой голос слегка дрожал, и, несмотря на все усилия, у меня так и не получилось полностью скрыть волнение. Для того чтобы придать своим словам убедительность, я достала из сумочки мобильный и собралась набирать номер «Скорой помощи».

— Ax, ну да! Я же отключила мобильный, чтобы Натка меня не доставала. Но ничего страшного, сейчас пин-код введу, и он заработает.

Вспомнив нехитрую комбинацию цифр, я набрала пин-код. Как только телефон включился, тут же раздался звонок. Я ни минуты не сомневалась в том, что это Наташка, и сняла трубку.

— Светлан, ты где? — раздался как всегда возбужденный голос моей подруги.

— Как где? Сливы собираю.

— Сливы?!

— Я ж тебе говорила…

— А почему у тебя телефон был отключен? Почему ты мне не позвонила? Я же за тебя переживаю.

— У меня телефон разрядился. Извини, я его только что на подзарядку поставила. Просто, как только приехала, увидела полные деревья слив и давай как ненормальная их обирать.

— Какие сливы, у вас же там дождь идет! Ты же сама мне говорила.

— Дождь уже прошел.

— И охота тебе по мокрой траве ходить… Ладно, теперь я спокойна, а то ты мне сказала, что у тебя проблемы, и я уже не знала, что и думать. Мысли всякие в голову полезли. А оказывается, все намного проще.

Оказывается, у тебя всего одна проблема — то, что телефон разрядился. Ладно, хорошего тебе урожая.

— А тебе приятного отдыха.

— Спасибо. Мы с соседкой уже отправились за новыми впечатлениями. Сегодня гуляем! Жалко, что тебя нет с нами. Ну ладно, скучно будет, звони. Слушай, если мы сегодня принцев встретим, то я одного для тебя приберегу. Обещаю. Я девушка не жадная, ты же знаешь. Особенно на такое добро.

По окончании разговора я посмотрела на лежащего на кровати мужчину и решительно заявила:

— Все. Звоню в «Скорую». Пусть тебя побыстрее увозят, а то разлегся, как в санатории. Слишком много места занимаешь. Тебе тут не дом отдыха! Так, а как же мне на мобильном набрать «Скорую»…

— Послушай, не напрягай память. Тебе повезло.

Мне кажется, что я смогу выкарабкаться без «Скорой».

Налей мне лучше чего-нибудь крепкого выпить.

— А ты мне тут дуба не дашь?

— Если до сих пор не дал, значит, уже не дам.

Просьба незнакомца не вызывать «Скорую» заметно подняла мне настроение, и я прошла на кухню.

Там налила полную рюмку водки из бутылки, которая хранилась в моем арсенале специально для соседа, который честно косит траву на моих сотках. Собрав также нехитрую закуску, я поставила все на поднос и принесла его в спальню незнакомцу.

— Надо же, какая честь! — попробовал улыбнуться мужчина и слегка приподнялся.

— Действительно честь. Я еще ни разу-мужчине поднос с едой в постель не носила.

— А что так?

— Не было случая.

— Значит, у тебя не было нормального мужчины.

— У меня с мужчинами проблем нет.

— Я говорю про нормальных мужчин.

— А ты считаешь нормальными мужчинами тех, кому еду прямо в постель носят?

— А почему бы и нет?

— Может быть. Только делают это ненормальные женщины. Точно такие, как я.

Мужчина вновь слегка сморщился — видимо, приподнимаясь, он потревожил больное место, — взял рюмку водки.

— За что пьем-то?

— За твое здоровье.

— Хороший тост. У меня здоровье всегда было отменное, пока ты не подпортила.

— Ничего я тебе не портила! — я почувствовала, как у меня задрожала нижняя губа, и голосом, полным возмущения, произнесла:

— Послушай, хватит уже, а то ты сейчас у меня допрыгаешься, я в «Скорую» позвоню, и пусть тебя в какую-нибудь ужасную больничку увезут. Надо же, я к нему со всей душой: на дороге подобрала, на себе волоком до машины тащила, а он мне говорит подобные вещи! Нехорошо.

— Уж если кто в этой ситуации и поступает нехорошо, так это ты. И вообще, если ты будешь много говорить, то я просто засажу тебя за решетку, и дело с концом.

— Меня? За решетку?

— Тебя.

— Интересно бы еще знать, за что?

— За то, что ты сбила человека. А затем его похитила.

— Я? Похитила?!

— Конечно, дорогуша. Похитила. Не повезла в больницу, а скрыла в четырех стенах. Одним словом, нанесла ущерб чужому здоровью и препятствовала помещению потерпевшего в медицинское учреждение.

— Что?! — мне показалось, что еще немного — и я просто взорвусь от охватившего меня возмущения.

— Что слышала. Так что, дорогуша, тут тебе не одна статья светит. Тут на тебя знаешь сколько повесить можно?!

— Ну все! Мое терпение лопнуло! Хватит, звоню в «Скорую». Более неблагодарных людей, чем ты, я еще не видела.

Вновь достав телефон, я стала решительно нажимать на кнопки, но мужчина поднес рюмку водки ко рту и как-то по-хозяйски сказал:

— Подожди. Не гони коней. Дай хотя бы выпить спокойно.

— Пожалуйста, пей. Кто тебе не дает.

— Ты.

— Я?!

— Ты. Если тебя не затруднит, то помолчи хотя бы несколько секунд.

— Молчу.

Мужчина выпил рюмку водки, сунул в рот порезанный соленый огурец и лег на подушку.

— Состояние, как будто по мне трактором проехали. А вроде машина у тебя приличная, на трактор совсем не похожа.

Я пропустила последнее замечание мимо ушей и осторожно спросила:

— Может, у тебя что-нибудь сломано?

— Может, и сломано.

— Так что, «Скорую» вызвать?

— Остынь ты со своей «Скорой». Послушай, у тебя тут никакого знакомого врача нет?

— Где?

— Ну, может быть, какая-нибудь соседка по даче?

Немного подумав, я вспомнила, что в конце улицы у нас тут живет женщина, которая разводит самые красивые в поселке цветы. Она теперь уже на пенсии, а до этого около сорока лет проработала врачом. Эта улыбчивая женщина всегда оказывает любую медицинскую помощь тем, кто в ней нуждается, и с удовольствием дает консультации практически по любому вопросу.

— Есть у нас тут Надежда Ивановна. Она живет на самой крайней даче. Давай я ее приведу, и она тебя посмотрит.

— Веди свою Надежду Ивановну.

— Веду.

— Очень хорошо.

— Только…

— Что «только»? Давай говори.

— Не стоит говорить моей соседке о том, что я тебя сбила. Тем более что я тебя не сбивала вовсе. Я нашла тебя на дороге, повторяю.

— Не переживай. — мужчина как-то недобро усмехнулся. — Будем держаться твоей версии.

— Я не переживаю. Просто не люблю, когда на меня наговаривают.

— Да мне твоя Надежда Ивановна и даром не нужна! Можешь сказать ей, что я твой друг и что на меня случайно наехала машина.

— Тогда я сейчас. Я быстро.,