Точка отсчета

Сергей Седов невольно становится участником эксперимента по превращению человека в сверхсущество. Мутация организма может сделать его всесильным, но останется ли он при этом человеком, которому дороги близкие ему люди, не станет ли он угрозой человечеству — вопросы, ответы на которые может дать только продолжение эксперимента.

В схватку за обладание сверхчеловеком вступают части особого назначения объединенных вооруженных сил Земли, международные террористы, беспринципные дельцы теневого бизнеса. Что сможет противопоставить им человек, который не может представить, во что он превратится в ближайшее время?

Глава 1

Все было именно так, как описывал путеводитель: «Здесь вы никогда не замерзнете! Либо солнечно и тепло, либо пасмурно, но все равно тепло»!

Стюардесса с жалостью посмотрела на сошедших пассажиров, люк закрылся, и челнок, после короткого разбега, ушел в серое низкое небо.

Тепло и пасмурно. Ну что ж… Седов поднял воротник куртки, забросил на плечо сумку и, не дожидаясь попутчиков, зашагал к таможенному терминалу.

Прилетело всего пять человек. Он запомнил и оценил их еще в полете: благообразный пожилой господин с доброй отеческой улыбкой. Молодожены, не сводившие щенячье-преданных глаз друг с друга. И двое разбитных парней, не просыхавших всю дорогу.

Низкие тяжелые тучи были похожи на грязную набухшую вату. Дождя не было, но в воздухе висела водяная пыль с привкусом какой-то гнили. Она оседала на одежде, на лице, отчего казалось, что по лицу провели влажной губкой, пропитанной тухлой водой.

Глава 2

Поднявшись в номер, Сергей не раздеваясь улегся на постель. До вечера далеко, можно было и побездельничать. По-хорошему, надо бы, конечно, пройтись по городу, посмотреть где, что и куда, в крайнем случае… А-а, пропади все пропадом. Надоело. Планеты, освоенные и не очень, города, красивые и убогие. Гостиницы. А ведь раньше нравилось. Первый раз в гостинице я жил с Хелен. В медовый месяц. И было это в… Господи, где ж это было? А-а, Северная Венеция. Санкт-Петербург. Номер был дерьмо и погода дрянь — снег с дождем, и крейсер революции угнали на очередной ремонт, но нам на все было плевать. Как моим нынешним попутчикам-молодоженам. Неужели и мы выглядели такими же идиотами? Хелен… Надо будет позвонить, когда вернусь. Как дети? Хотя откуда ей знать? У нее работа! Всегда срочная. «Чтобы хорошо жить, надо много работать. Много и усердно. И тогда обеспечен успех и карьера!» Кто бы спорил, но дети на шее у бабки с дедом выросли. Они, конечно, хорошие люди… «А ты и сам мог бы с ними почаще видеться». Возможно. Но что я мог им предложить? Только то, что интересно самому. Что умею, а умею немного. И имею немного. Как говорится: чем богаты… Хелен… «Сходи с ними в музей! Прекрасная выставка. Я, правда, не была, но говорят…» И ведь таскал их по музеям, кретин! Нет, конечно, познавательно и полезно для развития. Для формирования личности. Что да — то да! Но почему со мной надо рассматривать чьи-то выветренные зубы и рога? Хорошо вовремя понял, что превращаю наши встречи в обязанность. Что надо им побегать, съесть что-то на их взгляд вкусное, посмотреть боевик или комедию. Они и так целыми днями познают и развиваются.

Интересно, этот парень все еще с ней? Вроде бы да. Кажется, к детям относился неплохо, да и мужик спокойный, хотя моя бывшая кого хочешь до истерики доведет. Неужели она нашла, что хотела или он сидит под каблуком и не попискивает? Ну, дай им бог. А мне… о-о… мне пора. Пора поработать на легенду.

Чтобы смыть сонливость, вызванную разницей во времени, Седов поплескался под душем: горячий — холодный, горячий — холодный. Одеться надо попроще, решил он. Попроще, но с изюминкой. Пусть знают: не ухарь с Ганимеда — столичный прожигатель прикатил! Бриться завтра. Завтра в Центр. Бородатые светила не любят небритых курьеров. Вот и побреемся на радость светилам, а сегодня некоторая небрежность в облике придаст непринужденность в общении.

Выглянув в коридор, Седов повертел головой.

— Есть кто живой?