Точка отсчета

Николаев Андрей Евгеньевич

Глава 27

 

Он знал, что спит, но все равно это было неприятно. Он будто бродил по дому, заглядывал в подвал — там почему-то было пусто, никакого оборудования. Он открывал дверь в пристройку, смотрел в погасший камин. На окнах светились странные зеленые точки, будто кто-то подглядывал за ним, прижавшись к стеклу невидимым лицом с внимательными глазами. Потом он вдруг будто взлетел сквозь крышу в небо, завис над освещенным луной домом, над темными деревьями. Откуда-то возникли едва слышные голоса. Они обсуждали что-то свое: когда куда-то надо будет идти, и что делать, и когда докладывать, но прислушиваться было лень — хотелось спать крепко, провалившись в черноту, и вынырнуть из нее лишь утром, когда взойдет солнце. Но до рассвета было еще далеко, и он сорвался с неба, вернулся в комнату Ингрид и слился со своим телом.

В доме кто-то был, и Седов понял это, даже не прислушиваясь и не открывая глаз. Только что он спал, как и хотел, провалившись в угольно-черную яму безвременья, и вот уже готов к действию. К какому — неважно, но ощущал он себя бодрым, энергичным и выспавшимся.

Седов приподнялся. Ингрид спала на спине, укрывшись одеялом до подбородка, в комнате было довольно прохладно. Он накрыл ладонью ее губы, склонился и подул в лицо. Ингрид поморщилась, попыталась отвернуться, но он не позволил. Она открыла глаза, поморгала и Седов зашептал, почти касаясь ее уха губами:

— В доме кто-то есть. Я разберусь. Не выходи из комнаты, пока я не позову. Поняла?

Ингрид кивнула.

Седов встал с постели и скользящим шагом двинулся к двери, вспоминая, какие ступеньки лестницы скрипят под ногой. Бластер и стилет остались внизу, с одеждой, и приходилось полагаться только на голые руки.

На верхней площадке лестницы он остановился и, медленно поворачивая голову, оглядел комнату. Он заметил пришельца почти сразу — темное пятно возле двери стало светлеть, и через мгновение Седов уже мог разглядеть привалившегося к стене мужчину. Он был в свободной черной куртке, вязаной шапочке, темных брюках и армейских ботинках. За спиной виднелся небольшой рюкзак. У мужчины было тяжелое грубое лицо с толстым носом и нависшими бровями. Массивная челюсть и резкие морщины не добавляли ему привлекательности. Видимо, мужчина только что вошел — он стоял неподвижно, сдерживая дыхание, прислушиваясь, не разбудил ли хозяев.

Седов подался назад — незнакомец скользнул взглядом по лестнице, затем, осмотрел всю комнату, сделал шаг вперед, снял с плеч рюкзак и присел над ним.

Ступая по лестнице возле самой стены, Седов метнулся вниз. Ему даже показалось, что он летит по воздуху, почти не касаясь ступеней. Мужчина не поднял головы, продолжая копаться в рюкзаке и Седов, стремительно преодолев разделявшее их расстояние, ударил его сверху ребром ладони по шее. Седову, почему-то, не хотелось поднимать шум, и это ему удалось — мужчина стал валиться в сторону и Сергей подхватив его, бережно опустил на пол. Вязаная шапочка сползла с головы незнакомца, открывая короткие седые волосы. Седов быстро проверил рюкзак — оружия не было.

Услышав шаги Сергей поднял голову — на лестнице стояла Ингрид. В этот момент мужчина пошевелился. Седов заметил, как он сжал руку в кулак и мгновенно оказался рядом, коленом придавив ему запястье к полу и схватив за горло. Он почувствовал мимолетный импульс, будто кто-то ткнул его электрошокером, но импульс был настолько слабый, что Седов даже не поморщился. Мужчина разжал кулак, на пол выпал стандартный волновой эмитер — ручная глушилка, применяемая армейским спецназом во время диверсионных операций.

— Дом прослушивается, — прохрипел мужчина, не делая попытки освободиться, — у нас есть одна минута. Мне надо поговорить с вами обоими.

— Почему мы должны вам верить?

— Посмотрите на окна.

Седов повернул голову. Как и в его сне на стеклах горели яркие зеленые глаза — глушилка высветила точки снимающих звук лучей.

— Кто вы? — спросил он.

— Мисс Мартенс, — мужчина повернул голову к лестнице, — я знаю, что в подвале нет окон. Я буду говорить только там.

Ингрид, придерживаясь руками за перила, быстро сошла по лестнице, поколдовала над кодовым замком на двери подвала, распахнула ее и кивнула — проходите. Седов поднялся на ноги, контролируя каждое движение незнакомца, но тот спокойно проследовал в подвал, попросив Сергея захватить его рюкзак.

Минута истекла. Седов зажег свет и направился на кухню.

— Что, не спится? — как ни в чем ни бывало, спросила Ингрид.

— Пить захотел, — сказал Седов, налил себе воды и со стаканом вернулся к камину, — что-то мне не по себе, — добавил он, делая знак, что на самом деле все в порядке.

— Давай-ка мы тебя проверим, — отозвалась Ингрид. — У меня в подвале аппаратура. Снимем давление, если хочешь — сделаем томографию.

— Давай, если это не долго, — согласился Седов.

Он передал оружие Ингрид. Она уверенно сняла предохранитель, проверила батарею и спустилась в подвал. Седов натянул джинсы и последовал за нею. Мужчина сидел возле стены на коробке с обезвоженными продуктами и массировал себе горло. Его куртка была расстегнута, под распахнутой рубашкой на груди курчавились густые седые волосы. Он искоса посмотрел, как Ингрид встала напротив него, взглянул на Сергея.

— Крепко вы меня, — сказал он, — я и не заметил, откуда вы взялись. Ждали за дверью, что ли? — он говорил глухо, без враждебности, но и не заискивал, как попавшийся с поличным грабитель.

— Что вам надо в моем доме? — резко спросила Ингрид.

— Минуту, — остановил ее Седов, подошел ближе и встал, сверху вниз глядя на незнакомца, — кто прослушивает этот дом и кто вы такой?

— Я знаю, кто он! — почти выкрикнула Ингрид, — его зовут Марсель Делануа, сотрудник Совета Безопасности. Я его никогда не забуду.

— Бывший сотрудник, мисс Мартенс, — поправил ее Делануа, — я вас тоже хорошо помню, хоть и прошло немало лет.

— У вас что, были какие-то разногласия? — спросил Седов, глядя то на Ингрид, то на Делануа.

— Я делал свою работу и считал, что мои действия оправданы. Я и сейчас уверен в этом, — сказал Делануа.

— Это из-за него погиб Сайрус О'Брайан, — процедила Ингрид.

Седов заметил, что ее пальцы, сжимавшие рукоять бластера, побелели от напряжения, подошел к ней, забрал оружие и поставил на предохранитель.

Ингрид даже не посмотрела на него — ее взгляд, полный ненависти, был прикован к Делануа.

— Это правда? Вы причастны к гибели О'Брайана?

— Официально объявили, что он пропал без вести. Тело так и не было найдено. Однако если принять его смерть, как обоснованную гипотезу, то, пожалуй, я имею к ней отношение.

— Ладно, это дело прошлое, — сказал Седов, подвинул ногой стул и присел напротив Делануа, — разберемся после. Кто прослушивает дом?

— Стало быть, мисс Мартенс вас не во все посвятила, — задумчиво проговорил Делануа, — но вы-то, доктор, догадываетесь, не так ли?

— Не ваше дело, о чем я догадываюсь, — Ингрид присела на стул, закинула ногу на ногу, не забыв одернуть халат.

— Перестаньте говорить загадками, — Седов почувствовал раздражение — эти двое обсуждали что-то хорошо им известное, не принимая во внимание его присутствие, — я повторю вопрос и советую отвечать — я не всегда такой терпеливый.

— Дом обложили люди Тауберга. Знаете, кто он? Глава аналитического отдела «Биотеха», но на самом деле выполняет наиболее щекотливые поручения Бриджеса. И команда у него соответствующая — все профессионалы, бывшие работники спецслужб или офицеры в отставке. Не знаю, здесь ли сам Тауберг, но если он здесь, то уйти будет очень тяжело. Вы, мисс Мартенс, могли бы поискать более спокойное место, чем собственный дом, чтобы спрятать то, что вы украли у «Биотеха». Да, украли, — настойчиво повторил Делануа, видя, как Ингрид вскочила с места, готовая возразить, — закон на их стороне и если они решили заняться вами самостоятельно, не дожидаясь полиции, то, стало быть, рыльце у них в пушку. Я долго ждал подобной ситуации. Почти пять лет. И наконец дождался, — Делануа подался вперед и Седов, вытянув руку, толкнул его в грудь, не позволяя подняться, — не беспокойтесь, Седов, я на вашей стороне. Пока. Я заинтересован, чтобы помочь вам обоим выбраться отсюда и если вы немного подумаете, то сообразите, что лучше принять мое предложение. А оно заключается в следующем: я вывожу вас из дома и доставляю на континент.

— Можно подумать, что «Биотех» там нас не достанет, — презрительно сказала Ингрид.

— Достанет, но не сразу. У нас будет в запасе время, а время подчас очень дорого стоит. Ну, как?

Седов обернулся к Ингрид, уверенный, что она рассмеется Делануа в лицо, но увидел, что она покусывает губы, явно обдумывая сделанное предложение.

— Дорогая, над, чем тут размышлять. Я уверен, что «Биотех» не захочет, чтобы ты…

— Не называй меня «дорогая», — резко оборвала его Ингрид. — Думаю, он прав. Нам надо бежать.

— Объясни. И не только это. Почему, к примеру, ты говорила мне, что извлечешь из меня груз здесь, что в подвале у тебя есть все необходимое, — Седов повел рукой, — где это необходимое? Может в ящиках с продуктами? Или здесь есть встроенные шкафы? Мне, например, очень хочется, чтобы внутри меня ничего не было, кроме того, что заложил господь Бог, и по большому счету мне все равно, кто извлечет из меня ту мерзость, которая во мне находится, «Биотех» или ты — без разницы, лишь бы скорее.

— Ты не понимаешь, — лицо Ингрид скривила гримаса, — ты ничего не понимаешь.

— Кажется, я понимаю, — Делануа откинулся назад, привалившись спиной к стене, и с усмешкой взглянул на Сергея, — а вы влипли, Седов. Здорово влипли.

— Заткнись! — рявкнул Седов, — о чем он говорит, Ингрид?

— Не слушай его.

— Мисс Мартенс, вы ведь активировали эволюта? Так? — спросил Делануа.

Ингрид опустила голову и закрыла лицо руками. Седов увидел, что пальцы у нее дрожат, и почувствовал, как горло перехватил спазм.

— Ингрид?!!

— Ну, скажите ему, — продолжал Делануа, — ведь это правда?

Ингрид убрала ладони от лица, и Седов увидел, что губы ее превратились в узкую бледную полоску, похожую на едва затянувшийся шрам.

— Да. Я активировала его! Это дало тебе и ему лишний шанс.

— О чем ты? — холодея, спросил Седов, уже догадываясь, о чем она говорит.

Спазмы и потеря сознания во время полета на «Вампире», полчаса в разбитой капсуле в космосе без последствий, выздоровление, которое поразило врача с карантинной станции… Мысли хаотично перемещались в голове кусками мозаики, но постепенно он складывал их в одно целое: драка с албанцами — это не он дрался. Дрался тот, кто затаился внутри него. Невозможная, сумасшедшая любовь с Жаклин — это не он любил ее, а тот, кто управляет им изнутри. Ночное зрение, странные сны… Пока ему позволяют мыслить, оставаться человеком, но уже прибирают его к своим рукам. Рукам?

Эволют уже начинает управлять, пробует перестраивать организм.

Седов лихорадочно попытался вспомнить детство, отца, мать, школу. Юргена, Чарли-Браво… Нет, пока все на месте, он все помнит. Пока помнит. И руки слушаются, и тело подчиняется… Пока подчиняется.

Он сдвинул кнопку предохранителя и поднял ствол бластера к виску.

— Не надо этого делать.

— Почему?

— Мы умрем. И ты и я.

— Что?!! — Седов вскочил на ноги, споткнулся о стул, в бешенстве отшвырнул его ногой. — Кто говорит? — диким взглядом он уставился на Ингрид и Делануа, — кто со мной говорит?

— Сергей, успокойся, я тебя прошу, — Ингрид встала и протянула к нему руки, ладонями вперед.

— Кто сейчас со мной говорил? — заорал Седов, дрожа, как в лихорадке.

— Мы молчали, Седов. Это он с вами говорил, — тихо сказал Делануа, — привыкайте.