Трудный выбор

Казакова Татьяна

Э П И Л О Г

 

Ирка с Лилькой общались почти каждый день по скайпу, делились последними новостями и грустили, что далеко друг от друга. Лилька вышла замуж за Полянского, и они уехали в Америку. Лилька была всем довольна, только переживала, что мать не хочет жить с ними.

Софья Ильинична время от времени ложилась в больницу, чувствовала себя неплохо. Один раз навестила дочь, но остаться не захотела. Обещала, когда появится ребенок, тогда может быть…

Она очень сблизилась с Софико, у них нашлись общие темы для разговоров и они часами болтали, ходили вместе с ней в кино и в театры. Георгий купил им путевки на теплоход в круиз – они были на седьмом небе от счастья.

Кузякина недолго ходила в невестах. Анзор ухаживал за ней три месяца. Они поженились, и он увез ее в Кутаиси. Георгий помог ему открыть мастерскую по ремонту машин. Дела у него шли хорошо, а недавно Катька родила двойню – двух горластых мальчишек. Анзор не упускал случая похвастаться близняшками.

В доме у Нино все было вверх дном – все носились из комнаты в комнату, что-то переставляли, приносили, уносили, звенели посудой, а из кухни доносились голоса, выделялся командный голос Софико.

– Вай ме!! Натела! Куда ты эти подушки несешь? Эти надо в спальню, а эти в детскую к мои внукам. Дарико! Игрушки тоже отнеси наверх в детскую, а то эти маленькие бандиты по всему дому все разбросают. – И тут же умилилась – Ой, моя мамочка приедет, моя Софико, умница, красавица. Она уже читает! Представляете?! Ей всего четыре года, а она читает, как взрослая! А Сандро? Ему только два года, а он уже по-грузински говорит и лезгинку танцует. Настоящий джигит! Нино! Ты не забыла позвать тетю Мэри? А Отари? Хоть бы его жена, зараза такая, заболела на время.

– Тетя Софико, почему желаешь болезни его жене?

– Она очень глазливая, еще, не дай бог, сглазит. Но если придет, чтобы все фиги в карманах держали.

Софико всех загоняла, заставляла перетряхивать одеяла, выбивать матрацы, переставлять мебель, протирать пыль. Она специально приехала на неделю раньше, чтобы все подготовить к приезду детей и внуков и заодно свести с ума своих родственников.

Ей хотелось, чтобы детям было хорошо и чтобы невестке все понравилось. У них были прекрасные отношения. Иногда Ира бывала недовольна, когда Софико уж очень потакала детям, не давала их ругать и наказывать.

– Как можно кричать на ребенка?! – Упрекала Софико и, поднимая глаза кверху, говорила с умилением – Ведь это ре-бе-нок.

Ирка иногда с ней спорила, но никогда не обижалась, она ее любила. И как можно было не любить эту удивительную женщину, которая не задумываясь, приняла ее с открытой душой, ни разу не попрекнув. А как она просияла, когда узнала, что девочку назовут Софья. Другого имени у Ирки и не было. Две женщины заменили ей мать – Софья Ильинична и Софико.

– А если бы у них были разные имена, как бы ты назвала дочку? – Смеялся Георгий.

– Дала бы два имени, ведь так можно.

Георгий был прекрасным отцом ее дочери, заботливым и внимательным, а когда через год после рождения дочки, узнал, что Ирка опять беременна, чуть с ума не сошел от радости, а в клинике, где Ирка рожала, весь персонал радовался – никогда такого щедрого папаши не было. Он засыпал всех цветами и подарками.

– Приехали!! Приехали!!

Все высыпались во двор, соседи повысовывались из окон, некоторые, самые любопытные вышли во двор, здесь же крутились и соседские дети.

Софико отодвинула всех от машины, сделала «страшные» глаза домашним и показала кукиш, напоминая о сглазе.

Она долго крутила внуков, чтобы соседи смогли как следует рассмотреть и оценить, какие красивые у нее внуки и как красиво одеты.

Ирка бросилась ей на шею.

– Гамарджоба, генацвали, – она целовала Софико и обнимала.

– Видали, – кивала одна соседка другой. – У Софико русская невестка по-грузински говорит и уже подарила ей двух внуков.

– А красивая какая.

– Москвичка, а вроде не воображает.

– Говорят, сама шьет и себе и детям. Видишь, как одета.

– А я слышала, она работает вместе с Георгием и еще учиться пошла.

– Вот молодец! И как все успевает?!

– А Георгий-то, смотрите, прямо глаз с нее не сводит.

– Он и сам хорош, гляди, какой богатырь.

– Смотрите, маленькая Софико – вылитая бабушка, такие же голубые глаза и темные волосы, а Сандро – вылитый отец.

– Что ты говоришь? Не видишь, у него светлые волосы.

– Ну-ка вспомни, Софико показывала фотографии маленького Георгия – тот такой же беленький был – это потом уже потемнел.

– Красивая пара…

Георгий степенно здоровался с соседями, шутил с женщинами, потом подхватил на руки детей, вошел в дом, за ним потянулись остальные.

Конечно, потом было застолье с длинными тостами и красивыми песнями.

Ирка, уставшая от перелета и новых впечатлений, валилась с ног. Хотела уложить детей, но Софико не дала.

– Сама уложу, дай с ними побыть, а ты отдохни.

Ирка с благодарностью ее обняла.

– Чтобы я без вас делала? Спасибо вам за все… Мадлопт.

Софико проводила ее глазами и удовлетворенно вздохнула.

Слава богу, все хорошо в семье – мир и достаток, дети любят друг друга, внуки шалят и подрастают. Что еще человеку надо?